На самом деле это был довольно авантюрный план.
Одно только его начало, то, что первым пунктом стояло на полной скорости протаранить баррикаду, уже намекало, что просто не будет. Однако это был реальный шанс вернуть отколотый аристократами город обратно на родину без необходимости тащить сюда полноценную армию и затем устраивать долгоиграющую войну с белоголовыми, которые, видя приближении нашей армии, наверняка притащат в город свою и так оно может затянутся очень надолго и даже закончится без особого результата. Пойди, попробуй выковырять из города крепко засевших там интервентов. Даже если и получится, то, уходя, они сожгут всё, до чего дотянутся и останется одно пепелище.
В сравнении с перечисленными перспективами мы просто не могли не попробовать решить вопрос малыми силами. Комиссар Зименко утверждал, будто городское население настроено вполне прореволюционно. Там осталось ещё много людей готовых с радостью поддержать свержение диктата конклава и возвращение народной власти. Главное: так или иначе разобраться с двумя крейсерами и небольшим количеством оккупационных войск, привезённых островитянами. Почему этих войск должно быть не очень много, не больше пары сотен? Так захватившие власть аристократы сами не хотели отдавать её полностью в руки островитян, надеясь усидеть на двух стульях сразу. Не только предатели, но ещё и глупцы! А белоголовые продолжают действовать мягко, понимая, что в долгой борьбе с революционным правительством конклаву благородных домов так или иначе придётся обращаться к ним за помощью, прося прислать больше солдат, больше кораблей. Пока портовый город целиком не отойдёт под контроль островитян.
Наш долг не допустить подобного развития событий!
Удар! Брёвна разлетаются как спички. Толстые верёвки лопаются словно струны. Это вам не элитные канаты способные удержать хочешь - разъярённого слона на привязи, а хочешь - крупный корабль в сильный шторм.
Наш таран – утяжелённый и укреплённый вагон, забитый камнями впереди паровоза – сходит с рельс и валится на бок. Остальной состав он за собой не тянет так как крепления намеренно сделаны хрупки, способными сломаться от любой серьёзной нагрузки. Как раз на такой вот случай, когда после удара по баррикаде, таран сойдёт с рельс и перевернётся. Так и получилось.
А паровоз с остальными вагонами проносится дальше. Всё произошло так быстро, что никто не успел ничего сделать и даже ни одного выстрела не прозвучало нам вслед.
-Все живы? Никто ничего себе не сломал? Никто не выпал? -перекрикиваются командиры отрядов. Вроде бы всё обошлось, никто из людей не пострадал, хотя мотануло нас знатно и без новых шишек дело явно не обошлось. Но зная, чего ждать каждый из нас крепко держался, тем более что перед самым столкновением последовало ещё одно, последнее предупреждение от вперёдсмотрящего.
-Кочегар, угля! -кричит кто-то из кабины, но не машинист. Душевных сил машиниста хватает только чтобы держать разогнавшийся поезд на рельсах. Он даже молится перестал, видимо наконец осознал, что религия не более форма самоуспокоения, духовные костыли, которые, может быть, и помогают ходить безногим, но здоровому человеку только мешают.
-Кочегар, не спи! -требует тот же голос. -Добавь угля, кочегар!
И он добавил, судя по тому, как всё более густой дым рвётся через трубу и как быстро несётся поезд освободившись от тяжести таранного вагона.
Вот уже и пригороды начались, и машинист вынуждено начал постепенно сбрасывать набранную скорость.
Прямо на ходу у вагонов открываются двери и из них, не дожидаясь остановки, спрыгивают люди.
Заранее определённые командиры ведут свои отряды к поставленным перед ними целям. Группы по десять, по двадцать человек идут захватывать все важные места города. Целью более крупных отрядов является штурм городских резиденций некоторых аристократов, имеющих солирующий голос в конклаве. Если не получится захватить сходу или элементарно перестрелять всех взрослых членов благородного семейства, то хотя бы попытаться запереть тех в своих резиденциях. Разберёмся с ними позже. Главное не дать предателям времени собрать силы в кулак и громить их по одиночке. Только так наш лихой план имеет шансы на успех. Ведь сил у врага в городе гораздо больше, чем у нас, а народ пока ещё раскачаешь, да и непонятно получится ли раскачать его вообще.