-И у меня есть для вас эти руки! -с видом успевшего в самый последний момент спасителя объявил Глинка.
-Какие ещё руки? Что за люди? -заинтересовался я. -Такие же любознательные и эрудированные как ты? В Каменске существует подпольный клуб молодых интеллектуалов?
-Практически так, командир! Но люди надёжные – я ручаюсь за них.
Честно говоря, я не верил до конца Глинке. И последние события, а особенно его настойчивость лишь усиливали мои подозрения в отношении самого неоднозначного члена нашей дружной команды. Если я правильно всё понимал, то Глинка похоже имел некоторое отношение к каменсковым «ночинкам», то есть криминальному миру города. В банду к атаману Ершову городские ночники идти не захотели, но и заниматься своими делами им самозванный атаман не давал силой продвигая себя любимого на роль единственного короля всего преступного мира. Естественно, что ночников такое положение дел не устраивало. Но что они могли сделать при таком подавляющем перевесе сил на стороне Ершова?
И тут приезжаю я и сразу начинаю мутить воду в местных застоявшихся прудах. Ночники увидели во мне возможность справиться с атаманом чужими руками. Может быть даже устранить Ершова, если получится. А нет, так хотя бы ограничить создав ещё один центр силы, а общую ситуацию сделав более сложной.
Ночной мир Каменска принялся помогать мне. Не напрямую, но вполне явно. По крайней мере сейчас, мысленно оглядываясь назад, это казалось вполне очевидным. Понятия не имею кем там был Глинка в ночном мире, какую должность занимал, но похоже не самую маленькую. А сейчас он являлся кем-то вроде связующего мостика между мною и ночниками Каменска. Мостика, через который они пытались влиять на меня, направляя мои действия в удобную для себя сторону. Какое-то время их и мои интересы совпадали, но вот главный вопрос: не подошли ли мы к точке расхождения интересов прямо сейчас?
Две сотни армейских длинноствольных пистолей – серьёзная сила. Если я соглашусь передать оружие людям которых приведёт Глинка, то смогу ли потом забрать его обратно? Передав ночникам две сотни пистолей, я полностью оказываюсь в их власти и утрачиваю контроль над ситуацией.
Но какой может быть другой выход? Как нам ещё пробиться в город минуя почти наверняка расставленную засаду? Орк прав, железная дорога предполагает только один вектор движения – вперёд. И не свернуть, не объехать. Разве только разгрузить поезд прямо здесь и дальше пытаться дотащить груз до Каменска в обход возможной засады на своих плечах? Теоретически возможно, но на практике крайне сложно осуществимо. Опять же, что сделают бандиты, когда увидят уплывающую мимо них добычу? У них взыграет инстинкт волка, и они бросятся. А наши силы будут растянуты и заняты перемещением груза. Отбиться в такой ситуации будет ещё труднее.
Команда ожидала моего решения. Глинка тоже ждал вполне спокойно. Он знал, что иного выхода нет и мне некуда деться, кроме как согласиться на его щедрое предложение. Рыбка заглотила крючок. Дальше у неё всего один путь и то, что этот путь самой рыке не понравится – не имеет никакого значения. Главное, чтобы нравилось рыбаку.
Знаете, это довольно неприятное чувство, ощущать себя рыбой. И угол рта чешется и кровит от разрывающего его крючка.
-Хорошо, Глинка, -сказал я. -Зови своих людей.
Он радостно ответил: -Ты не пожалеешь, командир!
Однако правда была в том, что я уже жалел и раскаивался.
-Только не все пистоли берите, -предупредил я несколько ограничив его радость. -Сто штук должно быть достаточно.
Секунду мы поиграли в гляделки, и он отступил: -Хорошо.
-И под строгий контроль. Под твою личную ответственность. Каждый выданный ствол потом должен будет вернуться обратно. Сможешь проследить и сумеешь гарантировать?
В этот раз Глинка согласился легко и не поднимая глаз.
Слишком легко как по мне для человека, который действительно планирует исполнить взятые на себя обязательства. Или я просто накручиваю сам себя?
-Всё будет тип-топ, командир.
-Посмотрим.
А лесная птица пела и её трели далеко разливались по притихшему лесу. Знать бы ещё о чём именно она так красиво поёт. Но чтобы понимать птиц, надо самому быть наверное… птицей.
***
В голове у генерала Комеля бился всего один вопрос: -Какого архимага комиссарский поезд до сих пор не приехал? Уснули они там? А может быть поломка? Просто едут очень медленно и очень осторожно? Чёрт, сколько можно ждать!
Рявкнув на сунувшегося, было с какой-то ерундой денщика, Комель продолжил мерить шагами облюбованную им небольшую полянку. Стороннему взгляду генерал сейчас напоминал запертого в невидимой клетке тигра. Очень раздражённого тигра.