— А какие машины вам нравятся?
— Джипы — они маневренные и удобные. Лично мне нравится -«Ленд Крузер прадо», — сказал я. — Это не значит, что всем организаторам нужно срочно кинуться искать данный автомобиль. Есть — хорошо, нет — ну и ладно.
— То есть вы не капризные и неприхотливые.
— Ну… наверно, — протянул Гарри.
К микрофону подошла девушка с ярко-рыжей шевелюрой.
— А правда, что «Wild Dances» вы написали?
— Да, — ответил я, — правда. Записывали этот сингл, я напел «Wild Dances» в микрофон, нашему продюсеру понравилось, но это был не наш стиль. Я написал слова и музыку, отдал руководству и пошел писать сингл дальше.
— Вы хотите сказать, что «Wild Dances» написаны за час? — удивился ведущий.
— Не-е-е, — протянул я, — минут за сорок.
Гробовая тишина была мне ответом. Народ переваривал сказанное. Ну, не говорить же мне, что эти «два притопа, три прихлопа» в моем мире «Евровидение» выиграло? В дурку упекут. Кстати, Руслана лучше спела, чем сейчас получилось.
— Меня всегда удивляла одна вещь, — продолжал говорить я, — пишешь песню неделю-две-месяц, думаешь, какие слова подобрать, смотришь в лингвистические словари. А песня, как у нас говорят «проходная». Пишешь на коленке за, грубо говоря, час — хит! Вот как так?
— Знаете, мне всё время кажется, — медленно говорит Джозеф, — что вы гораздо старше, чем есть на самом деле.
Эх, мужик, если бы ты знал, насколько прав!
К микрофону подошел Джастин:
— Самый безумный поступок, который вы совершали?
— Пришли на этот эфир! — отвечает Гарри.
— Итак, времени до конца эфира четыре минуты, — говорит ведущий. — Песня?
— Песня.
Звучит «МММbop». Последний аккорд…
— Это был вечер на МТV! Всего доброго! — радостно вещает Джозеф.
Звучит музыка заставки. Всё, можно выдохнуть.
— Неплохо получилось, — произносит один из операторов.
Дальше были фото с присутствующими, пожелания здоровья и куча автографов. Где мы только не расписывались — листики, рюкзаки, пластинки, кассеты…
Уже в машине Моника рассказала о высоком рейтинге передачи. Проинформировала меня, что необходимо написать две статьи для журналов. Сказала, что договорилась с несколькими брендами одежды, сейчас уточняются детали, и мы подписываем контракт.
— А с гитарными никак?
— С кем надо?
— Идеально «Gibson», но «Hamer» и «Fender» тоже подойдут.
— А «Jackson»?
— Нежелательно.
— Хорошо. С «Fender» можно подписать хоть завтра. На «Gibson» у меня выхода нет. Попробую, как все.
— Ну, Моника, ну постарайся! — я сделал невинные-невинные глазки, как у кота из Шрека.
— Ладно-ладно, как скажешь.
— Вот за это я тебя и люблю, хоть и орёшь на нас!
— Ну, найди, кто орать не будет.
— Не-е-е, — протянул Гарри, — лучше ори, но будь нашим агентом. Ты все можешь.
— Кстати, «Johnson & Johnson» хотят с тобой снять рекламный ролик то ли шампуня, то ли ещё чего-то там. Подписываем?
— А почему не с Дадли?
— А ты разве не знаешь, что эта компания в обоих мирах работает?
— Нет, первый раз слышу.
— Бобы со всеми вкусами компания «Марс» выпускает.
Ого, вот это номер! Значит, всем всё давно известно, просто делают вид… Хотя логично, что транснациональные корпорации делают деньги, где только могут.
Жизнь текла своим чередом. Как и обещала Моника, я подписал контракт с «Gibson» на использование и рекламу их гитар. Снялся в двух рекламных роликах, сфотографировался на плакаты. Поттер прорекламировал шампунь без слёз, стиральный порошок и средство для мытья посуды (он им гитару мыл).
Двадцатого августа Гарри, вместе с лордом и парнишкой с Гриффиндора Эрнстом Холлфейном, которого Гарька пристроил на студию, отправился в Косой за принадлежностями к школе. Пришёл в веселом настроении с кучей магической хрени.
В ночь на тридцать первое августа кузен разбудил меня после полуночи.
— Чего тебе?
— Пиздец.
— Чё?
— Я гитару разбил, а музыкальные инструменты не чинятся. Ну, чинятся, но на них играть невозможно. Это была «Lado»! Эксклюзив! Их всего три штуки в мире… было…
Он очень щепетильно относился к своим вещам. Ничего не выкидывал. Вплоть до застиранных футболок. Всё аккуратно складировалось и продавалось за бесценок фанатам, отдавалось благотворительным организациям или просто висело «памятником эпохи». Короче, тот ещё Плюшкин.
— В час ночи? Ты сдурел?
— Да ко мне долбанутый эльф припёрся. Начал вещать про ужасы какие-то и то, что мне в Хогвартс ехать нельзя.
— И ты…
— Знаешь, как я испугался! Просыпаюсь, а тут лопоухий какой-то. Ну, я и долбанул его… гитарой.
— Она же в кофре у тебя.