От созерцания и вечных дум меня отвлёк голос Поттера:
— О чём задумался? — спросил он, выпуская черепаху в море.
— Да так… О вечном…
— А-а-а, понятно. А я есть хочу!
— Да когда ты уже нажрёшься?
— Никогда.
— Я уже на этих гадов смотреть не могу!
— А я могу! Пошли уже, а то Воланд всё сьест!
— Твой кот тоже на это смотреть не может и предпочитает есть бананы.
— Угу, пошли…. Что?
— Что слышал. Твой кот ест бананы.
— Серьёзно? — удивился Поттер, — Это надо сфотографировать!
Он бодрой рысью кинулся к себе в каюту, по пути споткнувшись о развалившегося Злыдня, который даже ухом не повёл.
Наши отношения с Гарри потеплели после передачи кота. Брат был вспыльчивый, но отходчивый.
После отбытия Поттера в школу Моника и Нэш завалили меня работой — три статьи в гитарные журналы, посвящённые переделке гитар, выбору «примочек» и технике игры. Подписал контракт с «Gibson», получил два инструмента по моему заказу (тяжёлые, заразы), честно отработал две фотосессии и снялся в рекламе велосипедов. Идея впихнуть меня постоянным гитаристом куда-либо пока не воплощалась в жизнь. Нас помнили, и пластинки с остальной продукцией (рюкзаки, торбы, футболки и куча всего) расходились хорошо. А ведь занятия в школе никто не отменял, плюс уроки хореографии, актерского мастерства, музыки и, барабанная дробь, логопеда! Сил хватало, чтобы доползти до кровати и уснуть. Спасибо соседям по комнате, что с пониманием отнеслись к моей работе и молча помогали мне в бытовых вопросах — ужин оставляли на столе, ни слова не говоря, относили и забирали одежду из прачечной. Уроки я делал «на ходу», в отличники так и не выбился.
В ноябре отыграл целых три концерта со знаменитыми «Pink Floyd». После первого получил записку от Гарьки: «Козел ты белобрысый! Я тоже хочу. С тебя фото и автографы в количестве двенадцать штук». Пришлось выполнять.
Концерты были выгодны и «Pink Floyd», и мне — популярность группы сильно пошла вниз, а моя пока держалась, но тоже шла на спад. Совместный концерт сулил неплохую прибыль и интерес публики. Мы спели три моих песни (как же меня задолбал этот гребаный «Лондон на проводе»), и пятнадцать их. Я был в качестве приглашённого гитариста. Петь мне не пришлось, всё сделали Гилмор и Райт, мне достался бэк-вокал. Было весело. Мужики много шутили, давали советы по игре на гитаре и туровом оборудовании, рассказывали про смешные случаи в турах. Был удивлён, что до концерта они не пили от слова совсем, хотя алкоголя в гримёрке было много. Оказалось — контракт их обязывал выйти на сцену трезвыми, но никто не запрещал пить во время концерта, чем они и пользовались. Как бы то ни было, но мужики меня страховали капитально — Райт ставил дополнительные клавиши, которые синхронно со мной играли мою партию, но звук не выводили на колонки. Однажды это сработало. У меня лопнуло две струны. Я не Эрик Клэптон, который менял струны под хлопки публики, поэтому техникам пришлось «в темпе вальса» срочно подключать другой инструмент. Пока технический персонал возился с гитарой, звукорежиссер вывел мою партию с клавиш. После концерта был разбор полётов, итогом которого стало предупреждение для технического персонала группы, ибо запасной подключённый инструмент должен стоять за кулисами всегда.
Моника нашла очень интересное предложение по созданию саундтрека к компьютерной игре. Обещал подумать. После праздников мне предоставят все материалы, чтобы я решил: браться за это или не стоит.
Мардж и Фабстер выпустили книжку о воспитании овчарок. Ажиотаж был капитальный. Сама книга была не из дешёвых — яркая обложка, качественная бумага, много иллюстраций и фотографий. Так ещё и издательство цену накрутило. Большей частью её раскупили фанаты — в ней было много фотографий, которые нигде не печатались.
— Гарри! Гарри! — громко звал охранник Сэм. — Опекун звонит.
— Иду! — громко крикнул кузен. — Опять поесть не дали.
Он вприпрыжку помчался в каюту разговаривать с лордом по сквозному зеркалу.
Отношения Ардвидссона и Поттера стали натянутыми после того, как он вручил ему дневник Тома Риддла, который забрал у Джинни Уизли. Лорд не идиот, всё пытался вызнать, кто подсказал Поттеру взять тетрадь, ведь Гарри действовал напролом — увидел-отобрал-отдал. Кузен стойко отбивал атаки опекуна и Дамблдора. Утверждал, что просто перепутал вещи, а тетрадка стала отвечать. Чтобы связаться со мной, Гарри использовал возможность связи через Септиму Вектор и её сына. Воланд — всего лишь повод, хотя зельевар действительно грозился отравить животинку. Гарька сильно вытянулся, стал спокойным и уверенным в себе, много дерзил старшим и отвечал с сарказмом. Только оставшись наедине со мной в комнате, он сбрасывал маску уверенного подростка и становился растрёпанным маленьким воробышком, который пришёл рассказывать старшему брату о своих злоключениях.