— Дадли, им же похрен, если я сдохну. Действительно по…бать. Они меня, как кота вшивого, на пороге вашем оставили. Даже в дверь не позвонили. Выбросили, как ненужную вещь. Ни денег на содержание не дали, ни документов. Вот вам подарочек! А если бы я вас всех сжёг? Разозлился на что-нибудь и сжёг? Знаешь, я так обижался, что в чулане живу. А теперь понимаю, это был единственный выход для всех. Я же и себя сжечь мог. И никто бы не пришёл, так как им на меня похрен.
Ну что на эти откровения скажешь? Прозрел пацан. Жаль, что понадобилось похищение, чтобы он глаза открыл.
— Знаешь, Гарри, если в жизни случается что-то плохое, то и хорошее тоже происходит. Вот тебя волшебники выбросили, а мы к себе взяли. Плохо, но и хорошо тоже. Чтобы ты себя не сжёг, поселили в чулане. Хоть денег на тебя никто не давал, но родители тебя кормили, одевали. В школу тебя устроили, на прослушивание в Тринити-колледж возили, репетитора по музыке оплачивают. Хоть маме и не хотелось с тобой на пробы ехать, но она повезла и терпеливо ждала, когда ты закончишь. Папа даже документы тебе сделал. Теперь ты Гарри Джеймс Дурсль. Для них ты Дурсль, а не Поттер, понимаешь? Мой брат. Тётка тебя признала. Вот так. А жизнь… она такая непредсказуемая. Надеяться можно только не себя. Ведь мама не будет вместо тебя сниматься. Каким получишься на снимке, так и заработаешь. Да и за нас на концерте они не сыграют. Так и с этими ненормальными. Не нужно на них надеяться. Подарят на пенс, а на фунт спросят. Гады они, однозначно. Но это ты сейчас так говоришь, а потом поедешь в свою школу, и будешь на нас всех с высокомерием посматривать. Ты же у нас волшебник. А мы так, обычные люди.
Гарри завис. Он смотрел на меня красными мокрыми глазами и молчал. А что тут было ещё говорить, и так всё, что нужно, сказано.
— Знаешь, Дад, даже если у меня там и есть деньги, я их у этих ненормальных не возьму, пусть ими хоть подавятся. Я сам себе заработаю, без их помощи. Вот столько денег… Чтобы жить…— он обвёл руками комнату, — ни в чём не нуждаясь. Дома, вертолёт, самые крутые тачки, самые крутые отели, только VIP-сервис везде, куда не пойду. Чтобы все эти ненормальные кипятком ссали от зависти, глядя на меня. Что у меня всё это есть, а у них нету. И знаешь, будут рядом со мной подыхать, я даже руки им не протяну. Даже если у меня там есть родня, они мне никто. Вы моя семья. Только вы. И я никогда не буду смотреть на вас, как моя мама на тетю Петунью. Я не знаю, как я этого добьюсь, но будет так, как нужно мне. Клянусь, Дадли, своей жизнью клянусь, всё на это положу.
У него даже глаза стали сумасшедшие, когда он эту речь толкал. И мне на мгновение показалось, что он аж засветился во время клятвы. А ещё мне стало страшно. Это же какого монстра я разбудил?
Обратно мы летели без пересадки, и весь полёт занял чуть больше одиннадцати часов. Кресла в первом классе раскладывались, и родители с кузеном большую часть полёта спали, просыпаясь лишь на туалет и кормёжку. А вот мне не спалось. Сначала я надел наушники и смотрел какую-то глупую комедию. Потом спасал принцессу в Супер-Марио и дрался в какой-то игрушке по типу Мортал-Комбат. Литрами уничтожал стаканы с апельсиновым соком, которые всё приносила и приносила улыбающаяся стюардесса. Считал облака в иллюминаторе.
Я совсем запутался. Из головы никак не выходила мысль. Понятно, что такой маггл, как я, никому не нужен. Но почему не спасли Поттера? Почему те же авроры не явились на выброс стихийной магии? Неужели им действительно похрен, сдохнет Поттер или нет?
В аэропорту Хитроу нас встречал Фабстер и Мардж. Если у Петуньи с Верноном любовь, то тут… влюблённость, что ли. Тётка прямо светилась от счастья. И где тут траур по собачкам?
Багаж загрузили в одну машину, мы сели в другую и поехали домой. Послезавтра в школу.
Глава 17 Песен еще ненаписанных...
Дом, милый дом! После президент-люкса он казался таким маленьким и тесным! Всё-таки Поттер прав — надо зарабатывать, чтобы только VIP, тачки-девочки!
Я со вздохом поволок свой чемодан в комнату. На кровати нагло развалился Злыдень.
— Рожа твоя слюнявая, а ты не охренел ли, часом?! А ну брысь отседа! — я попытался спихнуть собаку на пол. Пёс положил голову мне на колени. — Соскучился? Ладно, давай почешу тебе голову, но потом иди, погуляй — мне сумку надо разобрать.
И как это в шкаф запихивать?! Куртка, джинсы, белье, ботинки… А полотенце-то из отеля зачем? На память? Плеер, часы, сувениры. Это что такое?
— Ма-а-ам, это вроде твоё, — сказал я, демонстративно неся перед собой комплект женского нижнего белья с рюшечками. Петунья быстро выхватила у меня свою одежду и густо покраснела. — Не за что, мама. И да, белье красивое, папе понравится, — Петунья покраснела ещё больше. Я же, посмеиваясь, направился разбирать чемодан дальше.