Кое-как распихав все вещи, направился в спальню к Гарри. Он лежал на кровати и пялился в потолок. Сумка стояла нетронутой.
— Скучаешь?
— Да, — глухо сказал он. — Я раньше ведь собак терпеть не мг. Особенно когда меня Злыдень на дерево загнал. Только потом понял, что он поиграть хотел. А затем Боец стал меня слушать и спать со мной… Теперь его нет, — он шмыгнул носом. — Как будто часть себя потерял.
Ну что тут скажешь? Ничего. Пацан прав — Боец первое живое существо, которое было целиком и полностью предано только ему. Я сел рядом.
— Мы отомстим им! Отомстим. Они ответят за то, что бросили тебя, за то, что не пришли. Они за всё ответят!
— Знаешь, Дад, ты прав. Я сделаю так, что они все слюной захлебнутся от зависти, чтобы на коленях возле меня ползали!
— Помочь с сумкой?
— Ага. Разберёшь её?
— Вот засранец ты! — я со вздохом поплёлся к сумке Гарри. Вещей у него было меньше, и всё легко поместилось в шкаф. Поттер периодически слезал с кровати и рассматривал покупки.
— А это что такое? — спросил он, выудив со дна чемодана яркую коробку с полуголой тёткой.
— Это, наверное, папино.
— А что это?
— Ну…. Трусы!
— А тётя тут зачем?
— Не знаю. Короче, отнесу ему, пусть сам разбирается, — сказал я, еле сдерживаясь от смеха. — Па-а-ап, ма-а-ам, мы ещё ваши вещи нашли, — вот что мне малому сказать? Не просвещать же его, для каких целей взрослые люди презервативы покупают?! Или просветить… — Мам, ты как чемоданы собирала? Ладно я, знаю, что это и откуда дети берутся, но Гарри… Короче, больше не раскидывай! — из ванны, которая была смежной с родительской спальней, вышел Вернон.
— И кто же тебя просветил?
— Пап, я с парнями двадцатилетними общаюсь. Понятия: что, куда и зачем я знаю.
— Дадли! — воскликнула Петунья. Она была красной как рак!
— Мужик растёт! — усмехнулся Вернон в свои усы.
— Мы, наверное, часа два погуляем с Гарри…
Я забежал в свою комнату и расхохотался. Е-мое! Пуритане, блин!
* * *
В первый день школы учительница рекомендовала мне начать подготовку к экзамену одиннадцать-плюс.
Это такой тест, который сдают по окончанию младшей школы. Результаты этого экзамена напрямую влияют, в какую среднюю школу я буду зачислен. Конечно, нужно будет ещё интервью проходить, рекомендации от директора брать. Но это проблемой не было. В престижных школах типа Итона, Чартер-Хауса, Харроус, Винчестерской школы, существовали очереди. Будущих возможных школьников вписывали в неё чуть ли не с рождения. Вернон, конечно, вписал меня в Итонскую очередь, когда мы на разведку туда ездили, но я там был практически последним.
Вот такие вот пирожки с котятами.
Родители, узнав новости, чуть ли не раздулись от гордости. А я всё думал. Слишком быстро закрутилось. А нужна ли мне эта крутая школа? Я же хочу играть в группе. Всё решилось вечером, когда ко мне заявился Гарри.
— Дадли… — мялся он на пороге — я… мне…
— Земля перевернулась? Солнце погасло? — сходу начал атаку я.
— Нет, — изумлённо сказал он. — Просто мне дя… папа сказал, что он контракт подписал с агентством и я теперь каждые выходные буду либо заниматься, либо где-то на съёмках пропадать, — с некоторых пор он называл Вернона и Петунью папой и мамой. Родители не возражали.
— Ого! Ничего себе!
— Ты не обижаешься?
— На что?
— Ну, то, что я теперь в группе играть и петь буду мало?
— Дурак ты, Гарри! Я, знаешь, как рад! Это здорово. Денег заработаешь, прославишься!
— А группа?
— А что группа? Тебе меньше чем через два года в другую школу идти. Мама сказала, что они там и живут. Вот ты как на концерты будешь выбираться? — он насупился. — Во-о-от! Я же здесь остаюсь, мне в этом плане проще.
— Ты не обидишься, если я уеду на съёмки?
— Так, братец, колись давай!
— Ну… «НьюРок» меня пригласили опять сниматься, и барабаны «ТАМА», и «Кока-Кола».
— Ого! Кола — это серьёзно! Конечно, езжай!
Как оказалось, «НьюРок» и «ТАМА» пригласили нас обоих, а Кола — только Гарри. А ещё группа, а ещё занятия с преподавателем.
Съемка с «НьюРоком» прошла, как и в прошлый раз — жарко, душно, софиты и камеры. Убили на это почти десять часов. Благодаря тому, что мы уже снимались и знали, чего от нас хотят, ролик отсняли всего за четыре часа! Ещё сделали плакаты «НьюРок» для всех!», и я подсказал слоган «НьюРок» — найдётся всё!» (привет Яндексу). Гонорар в семь тысяч фунтов, из которых пять были наши, сильно грел душу.