— Здравствуйте мальчики — Гарольд, Дадли. Как дела? Как долетели? Как гостиница? Как город?
— Здравствуйте. Нормально дела. Живы-здоровы, остальное мелочи, — я решил начать первым.
— Вы уникальны! Такого ещё не было — десятилетние дети на сцене! Вы стали популярнее некоторых взрослых групп! — на заднем фоне последовало отчетливое хмыканье. — С чего всё начиналось?
— С того, что мы стали играть в Гайд-парке со студентами Королевской Академии музыки… — начал я. Меня перебил Гарри:
— Не-е-е, не с этого. Началось всё с того, что нас не приняли в «Guildhall Kindergarten». Нас и в Тринити не приняли.
— Для тех, кто не знает, мальчики говорят, что их не приняли в музыкальные заведения Великобритании. И вы обиделись и решили создать группу?
— Нет, — засмеялся Гарри. Мы играли с другой группой. Студенческой. Случайно познакомились. Записали с ними наши шесть песен, а потом уже свой альбом писали самостоятельно. Бойко был среди тех студентов, — парень помахал рукой в камеру.
— И как же вы сочинили свой альбом?
— В гараже! — отчётливый смешок со стороны участников «Металлики». Они тоже в гараже писали. — Сочиняли под собачий аккомпанемент, но продюсер не оценил вклад нашей собаки. Пришлось самим петь, — я увидел улыбки на лицах музыкантов. — Пёс обиделся и сгрыз «Гибсон», — я умолчал о том, что до этого мы гитару сломали и сами отдали собаке. Улыбки на лицах музыкантов стали ещё шире.
— А не обидно вам, что вы не поступили?
— Нет, — сказал Гарри. — Если бы мы поступили, то альбом бы точно не написали.
— Сочиняли долго? Сложно было?
— Сочиняли неделю. Писали на студии месяца два, — сказал я. Лица на заднем фоне были удивлённые.
— Насколько я знаю, вы снимались в рекламе «Гибсон», «Тама» и одежды «НьюРок».
— Честно говоря, я уже и не помню, где снимался, — ответил Гарри. — Я и в Канаде был, и в Хельсинки, и в Бельгии. Много где.
— А где ещё хотели бы побывать?
— Москва, — быстро ответил я.
— Неожиданно. А почему?
— Хочу увидеть огни Кремля! Изначально песня была «Moscow Calling», про то, что я хочу побывать в Москве и увидеть огни Кремля. Потом переделал в Лондон. Не получалось немного со словами. Да и русские рок-группы мне нравятся.
— Вы знаете русский рок? — она была удивлена.
— Да. «Ария», «Мастер», «Пикник». Мне очень нравится песня «Иероглиф» группы «Пикник». У Арии» — «Тореро». Да и вообще интересно побывать в Союзе! У нас несколько песен изначально было на русском. Они не вошли в альбом, но «Кукушку» я исполнил на концерте.
— Ого! Вы знаете русский? — заинтересованные лица на заднем фоне.
— Хорошо знаю. Ещё немецкий.
— А что за песни?
— «Кукушка», «Полковник», «Мама». Они записаны на английском, но я изначально писал на русском.
— Спеть сможете?
— На каком языке?
— Одну на английском, одну на русском. Я думаю, старшие поделятся гитарами?
Вот подстава! Не ожидал. Но, назвался груздем — полезай в кузов! Нам дали две акустики. Даже фирмы не смотрел. Поставили микрофоны. «Полковника» мы исполнили на русском. «Маму» на английском. С последней нотой нас ждали аплодисменты от всех присутствующих. Ведущая распрощалась с нами. Уф-ф, закончилось! В сторонке стояли Моника и Нэш.
— Прибить вас мало! Опять за своё! Всё-таки спели, что хотели. Не вздумайте на выступлении диверсии устраивать. Контракт железобетонный!
— Хорошо, Нэш. Как скажешь.
Выступление прошло отлично. Вместо Лондона, в песне, я орал: Нью-Йорк. А так, всё было по плану. После выступления — общее фото с теми, кто остался до конца. С музыкантами мы особо не общались, слишком устали. Я и Гарри с огромной радостью улетели домой.
Концерты в Азии прошли с оглушительным успехом. Нас выводили под плотным конвоем и не тем путём, которым мы приехали. Шагу ступить без охраны было невозможно. Фанаты преследовали, пытались залезть через окно в номер, штурмовали гримёрку. Я был рад уехать оттуда.
По приезду домой нас опять «обрадовали» большим мировым турне с сентября по сентябрь. Перерыв — конец декабря до середины февраля — и опять в бой. Дэвид вел переговоры с Советами по поводу выступления и продаж в России. А мы хотели спать!
Гарри позвонил Криви и Финч-Флетчли. Мы встретились в родном Гайд-парке, посидели в кафе под прицелом охраны, отдали фотографии с автографами, что привезли из Штатов, и мелкие сувениры из Азии. Поттер не слишком любил Криви, но с Джастином он неплохо сошёлся.
Я сдавал вступительные в Итон и Винчестерскую школу. Финч-Флетчли тоже должен поступать в следующем году. Не буду ему ничего говорить. Как и ожидалось, в Итон я не прошёл, а вот Винчестерская школа меня взяла. Монике выдали задания для нас, и мы отбыли в турне по миру.