— Вы здесь как почтальон и сопроводитель? — хмуро спросил Вернон.
— Меня послал Альбус Дамблдор, чтобы я передал письмо и сопроводил ребенка за покупками на Косую аллею.
— А почему лично?
— Всем студентам, воспитывающимся в магловском мире, письма приносят преподаватели и сопровождают в первый раз за покупками. Поскольку мальчик на данный момент гостит у немагических родственников, мне поручили его уведомить.
— Кто? — спросил я.
— Альбус Дамблдор.
— В Испанию?
— Да. Он лично вручил мне порт-ключ.
После этих слов Оливер задумался, а затем направил палочку на Гарри. Он походил вокруг, выводя ею узоры, и недоумённо нахмурился.
— Странно, но никаких чар или артефактов на ребёнке нет. Ты можешь поговорить с Лордом Ардвидссоном? — спросил он Бойко.
— Попробую. Но я ничего не обещаю.
— Как я понимаю, ребенок остаётся здесь? — уточнил зельевар.
— Да, — ответил Оливер. — Я понимаю, что вы человек подневольный. Поэтому давайте сделаем так. Всё, что можно купить, мы купим ему в Швеции, там послезавтра концерт. А если что понадобится, то он докупит в Лондоне тридцать первого августа. С директором свяжутся в ближайшие трое суток. А вы спокойненько передадите, что сделали всё, что необходимо. Устроит?
— Вполне, — отрубил зельевар. — Мне возни меньше. Всего доброго, — маг кивнул, крутанулся и… исчез.
Северус Снейп аппарировал в снятый им гостиничный номер возле моря.
С одной стороны, хотелось немедленно мчаться к Альбусу, с другой… сын Лили сыт, обут, одет, рядом находятся маги. Раздувать скандал в чужой стране ему не хотелось. Зимой у него здесь конференция. Поручение он выполнил. Поэтому пусть Альбус сам дальше разбирается. Мужчина наколдовал патронуса и произнёс фразу: «Письмо передал, за покупками сходит сам», — грациозная лань исчезла по направлению к морю.
— А почему он Дурсль, а не Поттер? — спросил Бойко.
— Я его усыновил, — отрезал Вернон.
— Ясно, — хмыкнул Оливер. — Отдыхайте.
На запись детской программы мы всё-таки поехали. Нам задали несколько однотипных вопросов, мы также однотипно ответили. Маленькие испанцы нам похлопали, мы раскланялись. Гарри белозубо улыбался, жал руки и раздаривал автографы. Но я его уже знал хорошо, чтобы понять, что очень расстроен.
В машине он не разговаривал и смотрел в окно на мадридские улицы. Я попробовал положить руку ему на плечо, но он, всё так же смотря в окно, зло скинул её. А по приезду в номер сразу отправился в ванную комнату. Говорить было не о чем. Вернон что-то тихо обсуждал с Бойко и охраной. Бойко тоже хорош! Видите ли, его отец любит мазурки и вальсы, а не любит рок… А я уши и развесил. Но, в принципе, что он ещё мог нам сказать? А ведь ещё и Статут секретности есть. Хорошо, что хоть успели в мировое турне съездить. Звукозаписывающая компания поэтому так и гнала лошадей, потому что знала — у нас максимум два года. Да и растём мы. Через года три-четыре будем уже начинать бриться. Ещё неизвестно, как там с Гарриным Хогвартсом будет — будут ли отпускать на концерты. Пять лет его там точно промурыжат. Жалко пацана. Видно в душе он очень верил, что в Хогвартс не поедет. А тут вон как всё получилось.
* * *
Бойко был одет в мантию ярко-насыщенного синего цвета. А вот нас, видно для контраста, решили оставить в маггловской одежде. Гарри из протеста нацепил на себя майку с черепом, пару браслетов с шипами, рваные джинсы-варёнки, ньюроковские ботинки. Бандану ему одеть не дали. Наоборот, зачесали волосы так, чтобы был виден знаменитый шрам. Я, чтобы всё внимание досталось Гарри, оделся обыденно. Сегодня Гарькин день, вот пусть и работает на публику. Бойко внимательно оглядел нас, хмыкнул при виде Гарри и ровно в девять утра мы взялись за порт-ключ. Что интересно, в пылесос меня не втягивало. А то я уже даже мешочек приготовил, если вдруг вырвет. Просто вдруг всё потемнело, будто схлопнулось, а потом яркий свет, и мы уже в другом месте стоим. Может, порт-ключом по-другому путешествуют? Или нам он очень качественный достался? Мы оказались в просторном светлом холле или приёмной, на полу которой лежал серо-голубой ковёр. В углу в кадке стояла финиковая пальма. На стенах висели портреты, обитатели которых внимательно за нами наблюдали. Из-за стола торопливо поднялась улыбающаяся молодая женщина в светло-серой мантии.
— Мистер Поттер, я рада приветствовать Вас в Министерстве Магии Королевства Швеции, — она говорила с небольшим акцентом, растягивая гласные, не забывая кланяться.
— Вас ожидают, пройдёмте за мной, — распахнула она двери из светлого дерева в другую комнату.
Я быстро глянул на Бойко, типа чего она только Гарри приветствует? А мы здесь кто, багаж? Но он мягко мотнул головой, типа, молчи, и мы пошли следом за Гарри. Да, дела. Знал бы, дома остался. Комната, в которую мы вошли, была гораздо больше. Шкафы с папками, массивный стол из тёмного дерева, портреты. У окна, из которого открывался живописный вид на цветущую долину, стоял ажурный столик и два стула. На них расположились два человека. Пожилой мужчина, седые волосы которого были собраны в хвост, был немного похож на Бойко. Женщина, в бордовой мантии, с лицом, на котором доминировали цепкие, жёсткие глаза, широко улыбнулась. Лорд Ардвидссон и шведский Министр Магии, — понял я.