Впоследствии один из членов редколлегии «Записок физического отделения Академии наук СССР» предложил Веснину переработать этот доклад для опубликования в сборнике, посвященном истории создания магнетронных генераторов сантиметровых волн. Веснин несколько раз переделывал и переписывал свой доклад в соответствии с указаниями редакторов. Возвращая Веснину его последний, коренным образом переработанный вариант, главный редактор сборника сказал: «Эта работа может быть поставлена в один ряд с «Историей свечи» Фарадея, «Жизнью растения» А. К. Тимирязева, «Историей винтовки» Ф. Энгельса, как пример ясного и четкого изложения. Но, к сожалению, статья никак не укладывается в план нашего сборника». И доклад Веснина в конце концов так и не был нигде опубликован.
Бои местного значения
— У экспертов, несомненно, имеются вопросы? — вкрадчиво произнес Студенецкий, повернувшись в сторону Вонского, когда Веснин кончил свой доклад.
Вонский, который не слушал доклада, а с самых первых слов только и ждал того мига, когда можно будет возразить, как терпеливый рыболов ждет мгновенья, когда поплавок дрогнет, откашлялся и продул нос. Вытянув шею, осторожно, не спеша, чтобы рыбка не сорвалась с крючка, он стал подсекать:
— Интеешно, шлыхали ли вы, коллега Вешнин, што пошледние ижмеения шеедней шонешной адиачии шамоштоятельно шлужат подтвееждением гипотежи о неижбежном для вшякого когеентного ижлучения понижения мощношти ш повышением чаштоты?
Передохнув и обтерев рот большим клетчатым платком, непременный эксперт электротехнической секции Комподиза продолжал:
— Оштаетша невыяшнениым вопоош, в какой штепени учли вы это в своей ааботе? — Вонский переставил и под регулировал свой слуховой аппарат и, приоткрыв рот, приготовился к новому вопросу.
Невозможно было дать краткий и вразумительный ответ на не относящийся к делу вопрос Вонского о когерентной радиации.
Муравейский умел в подобных случаях ответить какой-нибудь совершенно бессмысленной, но округлой фразой. Веснин же смешался, покраснел и, не решаясь произнести что-либо обидное для Вонского, молчал.
— Р-рразрешите, — зарокотал Рокотов. — Рразрешите. Ррядом авторитетов прредложения стрроить генераторры магнетрронного харррактерра вместо трриодных генеррраторров соверршенно справедливо ррасцениваются как рррегресс. Которррые же конкретно факторры ррразрешите пррроизвести в прррогрессивные? — Рокотов с азар том опровергал методы расчета, примененные Весниным. — Рррубите топором, а надо оперррировать брритвой.
Веснин счастливо улыбался:
— Это верно подмечено. Я изложил упрощенный метод.
Каждый вопрос, с какой бы целью он ни был задан, воспринимался Весниным как искренний интерес к его работе. И шамканье Вонского и рокотанье Рокотова окрыляли его, вдохновляли на всё новые выкладки н доказательства.
Воспользовавшись моментом, когда Рокотов затянулся папиросой, Константин Иванович сказал:
— Насколько мне известно, здесь не защита диссертации. Для нас, в конце концов, не так уж существенны все мелкие технические частности вопроса. Мне кажется, без ущерба для дела мы могли бы сделать сейчас некоторые организационные выводы. А потому я предлагаю перейти к дискуссии по докладу.
— Простите, у меня к Владимиру Сергеевичу есть не сколько вопросов, — обратился к Студенецкому академик Мочалов.
И он задал Веснину несколько конкретных вопросов о деталях конструкции магнетрона и о некоторых явлениях, замеченных при включении прибора.
Потом Веснина допрашивал главный технолог завода Август Августович Фогель. Затем снова закидывал свою леску Вонский.
Константин Иванович встал, вышел из-за стола и остановился посреди кабинета.
— Я еще не беру слова и не высказываю своего мнения по отдельным техническим вопросам, относящимся к теме сегодняшнего заседания, — начал он. — Я хочу откровенно заявить, что собираюсь выступить в роли обвинителя. А никакой прокурор, как известно, не берет слова первым. Свое выступление я резервирую за собой на конец совещания. Сейчас я хотел бы только коротенько сделать некоторые вводные замечания.
После этого вступления Константин Иванович распространялся добрый час о размахе исследовательских работ завода.
— Возьмите хотя бы усилители со вторичной эмиссией. По одному этому вопросу мы имеем ряд ценнейших предложений.
Не торопясь, обстоятельно, Константин Иванович перечислял предложения, которые в последние месяцы поступили на завод.