Старичок раздвинул лестницу-стремянку, полез на нее, достал с верхней полки коробку и стал штука за штукой вынимать на прилавок сорок восемь предметов, из которых состоял этот чайный сервиз.
— Если вас не соблазняет Гарднер, могу рекомендовать вам Севр. Но только прибор будет не чайный, а кофейный.
Веснину было неловко стоять тут и смотреть, как суетится этот быстрый старичок, но еще стыднее казалось уйти, ничего не купив. Не зная, как остановить поток фарфоровых сервизов, Веснин сделал вид, что рассматривает огромное, похожее на пещеру людоеда кожаное кресло.
— А! — подскочил старичок. — Я вижу, вас интересует мебель. Какой стиль вы предпочитаете?
— Собственно говоря, — пробормотал Веснин, — мне хотелось бы сделать небольшой подарок…
— Барышне, даме? Пожилой?.. Так я и думал. То есть буквально был в этом уверен. Так скажите, что же вы найдете для пожилого человека лучше этого уютного, комфортабельного кресла?!
Мгновенно кресло было вывезено из темного угла на середину магазина. Тотчас были описаны все его достоинства и даже сообщена биография. Оказывается, кресло имело какое-то отношение к потомкам одной из любимых фрейлин царя Николая Первого…
Тут продавец быстро замигал глазами, оглянулся на дверь, встал на цыпочки и подошел так близко, что Веснин ощутил прикосновение его усов к своему уху.
— Между нами говоря, — зашептал продавец, — Ни колай Первый был, конечно, деспот, — он произнес это слово по-старинному, с ударением на букву «о», — но, кроме того, этот царь слыл талантливым рисовальщиком. Он сам рисовал гербы своим побочным детям. И, — тут старичок поднял вверх указательный палец, — гербы на спинке сего кресла выполнены по собственноручному рисунку царя!
Между ручками кресла на тоненьком шпагатике болталась картонка с ценой. Веснину показалось удивительным, что такой массивный предмет с таким богатым историческим прошлым стоит в несколько раз дешевле хрупкого сервиза.
— Поверьте, — между тем верещал продавец, — если бы моя мать была жива, я из всего магазина выбрал бы для нее только это кресло!
Позже Веснин никогда не мог вспомнить, в какой именно момент в его руке оказался оплаченный чек со штампом магазина.
Он еще не успел окончательно осознать, что вдруг стал обладателем царского кресла, как тот же услужливый продавец представил ему плечистого детину с толстой пеньковой веревкой, висевшей наподобие пастушьего кнута через плечо:
— Наша знаменитость! Поднимает рояль на четвертый этаж. Рекомендую. Можете совершенно спокойно доверить этому современному Гераклу и Атланту вашу покупку.
И только когда кресло было втащено на лестницу, с превеликим трудом втиснуто в широко распахнутые створки входной двери и водворено в комнату, Веснин вспомнил, что живет не один и не должен был загружать жилище такой громоздкой мебелью, не посоветовавшись предварительно со своим сожителем Роговым.
А современный Атлант, которому Веснин уже вручил договоренную плату за услуги, все еще стоял в дверях, перекинув канат через плечо и остановив взор на большом дубовом шкафе, стоящем в углу, словно прикидывая в уме, как за него удобнее ухватиться, если довелось бы тащить вниз на тачку.
— Большое спасибо, товарищ, — сказал Веснин.
— Оно конечно, — отозвался тот сиплым голосом, — ежели учесть…
Веснин смутился. Покраснев, он протянул бумажку, которая после покупки кресла составляла все содержимое его кошелька.
Такие щедрые чаевые случалось получать не часто. Атлант с сомнением посмотрел бумажку на свет, добродушно улыбнулся и, похлопав кресло ладонью по спинке, произнес:
— В случае чего, я по этому делу, — он снова шлепнул кресло, — собаку съел. Всегда в целости доставлял его из магазина покупателю и обратно от покупателя в магазин.
Оставшись наедине со своей покупкой, Веснин плюхнулся на так удачно приобретенную царскую мебель и рассмеялся. Он решил, что мать и сестры, когда узнают подробности этой покупки, тоже будут смеяться до упаду, и это его утешило.
В конце концов, даже в таком кресле все-таки можно сидеть, а это главное. Веснин встал и подошел к столу. Ему не работалось сегодня. Невольно он оглядывался на монументальное сооружение с высокой спинкой и широкими подлокотниками.
Он представил себе мать, как она будет сидеть здесь с книгой. Строки, которые ей покажутся особенно интересными, она прочитает вслух…
