Еще больше, чем Муравейский, был смущен своим новым назначением Веснин.
Должность старшего инженера бригады для молодого человека, всего только год назад защитившего диплом, была очень почетна. Но Веснин думал о том, что теперь у него останется еще меньше времени и сил для работы над магнетроном. И еще удручало его, что руководить ему придется людьми более опытными, чем он сам.
«Надо отдать справедливость. Муравейскому, — думал Веснин: — если он сам и не слишком утомлял себя работой, зато умел заставить работать других».
Помня свой первый опыт руководства, результатом которого было увольнение Кости, уход Ронина, Веснин отправился в партком, чтобы поделиться всеми сомнениями с Михаилом Осиповичем:
Артюхов вместо приветствия взглянул на часы:
— Всего только одиннадцать часов утра! — И, поймав вопросительный взгляд Веснина, добавил: — Я на этот раз не угадал. Думал, что придешь отказываться от должности сразу после того, как объявят в приказе, а ты пришел значительно раньше. Значит, либо часы мои отстали, либо ты слишком забегаешь вперед.
Последняя фраза секретаря парткома так смутила Веснина, что карандаш, которым он развлекался, перекладывая его из руки в руку, резко хрустнул и разломился надвое.
— Александр Македонский был великий человек, — сказал Артюхов, — но к чему же карандаши ломать! Добро бы еще стулья… Садись, поговорим толком.
— Я, Михаил Осипович, вы ведь знаете, не сумел организовать работу ни с Костей, ни с Рониным, а теперь мне собираются… кажется, собираются, Кузовков говорил, что Жуков собирается доверить целый коллектив — бригаду.
— Если один слесарь делает, к примеру, энное количество гаек в час, то, ты думаешь, директор завода должен уметь делать в час во столько раз больше, сколько слесарей у него под началом? Директор вообще не обязан нарезать гайки. Но он организует работу всего завода. Если один инженер не сумел работать с одним человеком, это не беда. Беда будет в том, что этот инженер вообще решит свой первый опыт закрепить. В манеже делают так: упал с коня, не смотрят на ушиб, а сейчас же с ходу приказывают прыгать в седло и продолжать тренировку. Делают это для того, чтобы впечатление падения не закрепилось. А то это может вспомниться, когда будешь брать барьер, где довольно секунды философии, чтобы сломать шею себе и лошади… Не справился с Костей? Упал с коня? Марш в седло! Руководи бригадой. И не воображай, что если не справишься, то будешь снова рядовым. Нет, пойдешь в начальники цеха. — Артюхов спрятал нахмуренными бровями смешинку и строго продолжал: — Начальником цеха ширпотреба. На смену Муравейскому. Чует мое сердце, что Миша на этом не остановится, покатится еще ниже. А ты как раз подоспеешь. Будем пополнять ряды специалистов по производству игрушек бывшими руководителями бригады промышленной электроники. Так?..
Веснин засмеялся.
— Позволь, позволь! — продолжал Артюхов. — Для тебя еще есть выход. После смерти Мочалова московскому профессору Беневоленскому было предложено взять на себя руководство ГЭРИ. «Требуйте сколько угодно денег, людей», — сказали ему в Наркомтяжпроме. Говорят, что Беневоленский тут же в кабинете лег на диван и попросил валерьяновых капель. Ему стало дурно от страха. «Консультировать, давать научные руководящие идеи — это я могу, — сказал он, — но брать на работу и увольнять людей, распоряжаться материальными ценностями… Нет, нет! Увольте меня».
— Михаил Осипович, — сказал Веснин, — мне стыдно, что я пришел к вам. Если считают возможным поручить мне руководство бригадой, то, следовательно, я обязан оправдать доверие. Конечно, для меня никакого другого выхода не может быть. Но, признаюсь, я струсил вроде Беневоленского, когда узнал о своем назначении.
— Нет, Володя, кроме шуток, — сказал Артюхов, — ты с тиратронами на боевом корабле справился?.. С монтажом оборудования в цехе металлических ламп справился?.. И с новой работой желаю тебе справиться.
С этими словами Артюхов встал и пожал руку Веснину.
Вместе с Муравейским исчезли из бригады его кресло с вертящимся сиденьем и дубовый письменный стол с бесчисленными выжженными и выгравированными на нем автографами бывшего начальника бригады.
Веснину страстно хотелось продвинуть работу по созданию импульсного магнетронного генератора сантиметровых волн. Последний разговор с Рубелем не выходил у него из головы. Оба практиканта из нескольких предложенных им тем для дипломного проекта выбрали магнетронные темы. Левенец взялся разработать установку для импульсного питания магнетронов, Капралов занялся анодным блоком с кольцами связи.