«Наблюдение над отраженными сигналами, — списал Веснин из статьи Горбачева, — позволило установить ряд закономерностей в строении ионосферы. Было найдено, что имеется по меньшей мере три расположенных друг над другом отражающих слоя. Проводились систематические наблюдения над изменением высоты ионизированных слоев, исследовалась связь между солнечной радиацией и отражающими свойствами ионосферы».
На рисунки, приложенные к статье, Веснин не обратил внимания. Кружок и на нем линия с двумя зигзагами — этот рисунок, сделанный от руки, пером, показался Веснину примитивным, наивным, не стоящим того, чтобы о нем упоминать.
Веснин, полагая, что строит свой обзор целеустремленно, быстро покончил с ионосферой. Он отметил, что «развитие связи на коротких волнах привело к усовершенствованию техники генерирования метровых волн».
«Тридцатые годы нашего столетия характерны возросшим интересом к проблемам генерирования дециметровых и сантиметровых волн», — заключил Веснин. Эту фразу он сочинил по типу изречений Кленского.
Возможно, если бы не только Григорий Рогов, но и непосредственный шеф Веснина Михаил Григорьевич Муравейский также поинтересовался бы книгами и статьями, о содержании которых ему докладывал соавтор по предполагаемой заявке на изобретение, то прибор, описанный Горбачевым, и схема, приложенная к описанию, не были бы оставлены без внимания. Михаил Григорьевич работал в цехах завода несколько лет, прежде чем попал в лабораторию. Он был не только способный, но и достаточно опытный инженер, для того чтобы оценить особенности примененной Горбачевым схемы.
Но Муравейскому решительно некогда было заниматься литературными изысканиями. Художник Вася Светлицкий как раз в то время развивал творческую деятельность в области световых реклам для кино. И Муравейский, согласно его конфиденциальному признанию, снова дал себя увлечь…
— Бросьте вы глотать архивную пыль! — говорил он Веснину. — Разница между изобретателем и кабинетным ученым в том, что последний всегда видит слишком много всяческих «но» против любого предполагаемого новшества. А нам с вами надо быстро шагать вперед. Ходят слухи, что проблемы радиообнаружения уже обсуждаются в Наркомате обороны, в обсуждениях участвуют крупные специалисты. Куйте железо, заявку на бочку!
Проблемы радиообнаружения действительно неоднократно обсуждались в Наркомате обороны при участии крупных специалистов. Неоднократно высказывались мнения, что ценные результаты можно было бы получить, применяя сантиметровые волны. Но так как достаточно мощных генераторов подобных волн в то время не существовало, то эти предложения о сантиметровых волнах не привели ни к каким практическим мероприятиям. Рассматривался и вопрос о применении магнетронов. Но магнетроны были признаны еще очень несовершенными.
Работы Горбачева привлекли внимание и получили поддержку Народного комиссариата обороны еще за два года до того, как Рубель и Веснин впервые беседовали на борту корабля. С тех пор Горбачев перестал публиковать результаты своих новых опытов.
Но и в старой статье Горбачева, в той, которую недостаточно вдумчиво просмотрел Веснин, которую не счел нужным прочитать Муравейский, заключались важные данные. Эта работа, если бы Веснин сумел своевременно в ней разобраться, возможно, предостерегла бы его от многих сделанных им впоследствии ошибок. Но возможно и другое. Он вовсе не стал бы заниматься проблемой «видения в темноте и сквозь туман», уяснив себе, как сложна эта область, как много уже сделано, как трудно привнести сюда нечто новое.
Радиодистанциометрические устройства
За пять лет до того, как Веснин впервые услышал от Рубеля о «видении в темноте и сквозь туман», то есть еще в 1929 году, Евгений Кузьмич Горбачев уже составил проект «Прибора — сигнализатора препятствий, основанного на отражении радиоволн».
Мысль о создании прибора — сигнализатора препятствий пришла Горбачеву еще в детстве. Рассматривая картинки в одном из старых номеров журнала «Нива» за 1912 год, он увидал изображение гибели гигантского парохода «Титаник».
…Ночь стояла звездная, ясная, но очень темная, безлунная, — прочел он в статье, где подробно говорилось об этом трагическом случае. — В 11 часов 40 минут вахтенный на формарсе дал сигнал ударом в гонг и крикнул на мостик: