ГЛЕБ
Мое имя на ее губах и ее вкус на моих. Поэзия секса. Чуть не пришел только от одних ее стонов, чего со мной отродясь не было, но сдержался. Хочу помучить ее. Но главное не спугнуть, я еще наверстаю, не хочу быть эгоистом, сегодня ее вечер, пусть ей будет хорошо, чтобы она узнала каково это и не вздумала даже убегать. Такая горячая штучка, но стесняется, жажду, чтобы она раскрылась и полностью доверилась мне. Раз такой бриллиант попал мне в руки, не пожалею лучшей огранки.
Не думал, что это день порадует меня таким финалом. Почему уехал именно в то в кафе? Я ни на что не надеялся, просто взял у Макса ключи от его здешней квартиры, свою то я сдал. Хотел напиться, а вместо этого сидел над заказанным стаканом алкоголя и просто смотрел. Смотрел и не пил, может и правда на что-то надеялся, хотя нет, просто хотелось сорваться к ней, поэтому и уехал так далеко. Но как только приехал уже жалел, что все же не нашел в себе сил поступить правильно с самого начала. Поговорить как взрослые люди. Струсил. А она оказалась благоразумнее меня. Не зря ждал, реальность превзошла все мои ожидания, чудеса иногда случаются. Кира приехала в наше кафе. Одна. Я не поверил своим глазам, когда увидел ее там. Такая потерянная и взъерошенная словно воробышек, стыд накрыл новой волной. Ругать себя и мучится угрызениями совести решил перенести на потом, а сейчас взять себя наконец в руки и поговорить. На чистоту, сказать всё как есть, услышать из ее уст правду.
Она думала, что мне нужен просто секс, еще совсем юная, и это понятно. Она тоже боялась, но все равно приехала. Как же я тогда был рад. Да близости с ней я безумно хочу и не на неделю или месяц, хочу ее постоянно.
И вместо того, чтобы пьяным валяться на диване в квартире Макса, я занимался лучшим сексом в жизни… Мой первый раз был на первом курсе и я не был у нее первым. Меня, конечно, это не смущало, было не важно кто был у нее до меня. Она была красивая и очень даже не против. Я так старался, и блаженствовал от того факта, что я больше не девственник. Да хорошо, но чистые рефлексы, без «любви в голове». В то время мне никакая любовь не прельщала, гормоны гудели ого го. Помню, она тогда меня бросила, спустя несколько месяцев, за то, что я уделяю больше внимания книгам чем ей. Скорее всего, так и было. Я сбрасывал с ней стресс и просто уходил. Я тогда много учился, еще и подрабатывал, и, если бы не Макс я совсем бы зачах, а так он везде брал меня с собой, знакомил с девушками.
С женой все было по любви, влюбился постепенно, поэтапно. Но теперь я думаю, что ее крики и стоны были несколько преувеличены и наигранны. Был верен ей. После ее измены сорвался конечно. Пьяный с какими-то девицами, ни лиц, ни имен. Да и до дела не всегда доходило, вырубался, видимо, потому что одной злостью был пропитан, хотел ей на зло и не мог. Как рубильником щелкало. Потом пришла сестрица-депрессия, не хотелось ничего, организм как уснул, в нем поселилось равнодушие ко всему. После Киры я вижу разницу. Ее искренность обескураживает и притягивает. Какое-то хищное и первобытное стремление заклеймить ее тело поцелуями, ставя невидимую метку собственника. Что только моя, пусть знает. Пусть чувствует!!!
Все же стоит покормить ее. Видел, как ей не хочется подниматься. Дорога туда и обратно. И мы уже два раза. Встал, придвинул неподалеку стоящий стул и возложил на него купленную пиццу. Быстро сбегал на кухню, принес уже остывший кофе. Чай был бы уместнее на ночь. Она привстала, села, прикрываясь одеялом. Такая милая, нельзя не отвести взгляд, а эти распухшие от поцелуев губы. Улыбается мне…
— Что? — спрашивает смущенно, наверное, слишком пристально ее разглядывал.
— Ты очень красивая… И прости меня!
Она вопросительно смотрит на меня.
— За то, что сам не приехал…
— Глеб, мы уже обсудили это… Кофе вкусный, люблю холодный… — переводит тему, а я готов еще сто раз извинится.
А после нас ждал еще один раунд…
Заснули глубокой ночью, а может это было уже раннее утро.
Поставил будильник на 7:30, чтобы не проспать и позвонить Максу, попросить того написать от моего лица заявление на выходной день в счет отпуска.
Макс вошел в положение. Сказал, что всё сделает и, конечно, не обошелся без нотаций и наставлений. Так и сказал «Не будь дураком уже», и если я упущу такую девушку, то он сам лично надает мне по шее и позволит утонуть мне в реках алкоголя, больше не протянет руку помощи. Высокого же мнения обо мне друг. Но злости совсем не было, только что-то теплое щемило в груди, что ему не всё равно на меня и он одобряет мой выбор. Это не определяющий фактор, просто приятно и придавало мне уверенности после всех неудач.
А потом проснулась Кира.
— Ты чего в такую рань?
— Почувствовала, что ты встал, — так мило укутанная в одеяло, сонная и такая уютная.
— Просто звонил на счет выходного.
— Отпустили?
— Да, все хорошо.
— Будешь кофе или еще поспишь? — ведь совсем ничего отдыхала, я планировал еще провести хотя бы до позднего утра в постели, обняв эту красотку.
— Лучше чай, — ох уж эти ранние пташки.
Глава 20
КИРА
— У меня для тебя кое-что есть, — он встал, открыл ящик стола и взял какую-то маленькую вещицу, что поместилась у него в ладони, — Ты в прошлый раз оставила, — и протянул мне.
— Значит, я все-таки у тебя его потеряла, — очень обрадовалась, увидев знакомую вещь, — Думала, может, в баре или по дороге. Шурик очень обиделся, что потеряла его подарок.
— Вы с Романовым…? — спросил обманчиво равнодушно, пытаясь скрыть ревность.
Я засмеялась.
— Нет, конечно, мы лучшие друзья и даже больше — родственники, — обняла своего ревнивца, почувствовала как расслабились его напряженные плечи.
— Он в курсе наших отношений, да? — задал очевидный вопрос, он и прозвучал больше как утверждение.
— Он и затеял эту поездку в другой город, — сдала я Шурика, — Операция под кодовым названием «Пробуди в Кире Андреевой женщину!»
— Так вот значит, кому я должен быть благодарен, кто привел тебя прямо ко мне в руки, — он повалил меня на спину. Но мы не успели продолжить начатое, у Глеба зазвонил телефон. Он нехотя оторвался от поцелуя и ответил на звонок.
— Ректор перенес заседание кафедры с завтрашнего дня на сегодня, — так что его присутствие обязательно и отменяется наш запланированный выходной.
Я решила тогда тоже не пропускать пары. Пора собираться и первым делом принять душ.
— Пойду первый, иначе я не смогу устоять и проберусь к тебе, а опаздывать к шефу не хочется.
Вышел он быстро минут через пятнадцать. Уже почти одетый, застегивая по пути рубашку. Подошла и принялась ему помогать, не всё ж расстегивать. Такие маленькие мелочи, вроде застегивания пуговиц или же завязывание галстука, обозначают «территорию» женщины. Что-то немного интимное, ты пересек личные границы. Обращали внимание, что так обычно делают девушки, жаждущие привлечь внимание, а все дело в том, что это один из способов манипулирования. Психологи, изучающие поведение токсичных людей заметили закономерность — эти люди очень любят проверять наши личные границы на устойчивость. Они подходят слишком близко, поправляют нам волосы, пуговицы, снимают невидимые пылинки с одежды. Мозг путается, и ощущает человека в столь личном пространстве, принимает его «за своего». А хитрец только этого и добивался — теперь вами можно манипулировать. Что-то попросить, поставить в неудобное положение, ошарашить словами, захватив, таким образом, над вами власть.
Но это сейчас не имеет никакого отношения к нашей ситуации. Этот мужчина — мой, и не может быть никаких манипуляций, только наши чувства. Глеб — мой, а я его.
— Как же я рад, что ты оказалась именно такой…
— Какой? — смутилась, подняла на него свой взгляд, оставив последнюю пуговицу не застегнутой, задумалась так задумалась.