- Прямо тут!
- Да, что ты? Какой адрес вам нужен? Мы довезем.
- Нет, нет, нет. Нам сюда! – поспешно говорю я.
- Ой, ну хорошо, как скажете. – обижено говорит бабулька. – Володь, останови тут. Хотя, что вы тут забыли? Здесь одни заводы. Может вас до центра довести, там…
- Нет! – слишком грубо оборвала я.
Как только машина останавливается, я говорю: «До свиданья!» и выскакиваю из машины. Андрей долго благодарит их, выслушивает наставления, и, наверняка, еще сотню историй из жизни их родни. Я нетерпеливо жду на улице и чуть не кричу «Аллилуйя», когда они скрываются.
- Ты чего?
- Она меня просто выбесила! – рычу я. - Даже затошнило. Как ты ее терпел?
- Да нормальная старушка, - Андрей пожимает плечами. - Муж с ней не разговаривает, вот она и дорвалась.
- А ты, значит, благотворитель? – мы, не сговариваясь, направились вдоль трассы.
- Бывает иногда. Тебе вот помогаю, безвозмездно, прошу заметить.
- В смысле? Ты тоже отстал от поезда.
- Ты невнимательно слушала. Я же говорил, что купил первый попавшийся билет, мне в Москву не нужно. Я бы мог спокойно ждать в Белорецке свой паспорт.
- Ну и не обязательно было со мной ехать.
- А кто говорил, что со мной хорошо?
- Я лишь сказала, что рада, что не одна.
- Променяла бы меня на ту бабульку?
- Нееет, - мы смеемся.
На пути встречается маленький продуктовый магазинчик.
- Теперь моя очередь добывать пропитание, - говорю я и захожу внутрь.
Покупаю пару бутылок воды, булку и нарезанную колбасу в вакуумных упаковках, два пирожка, пачку печенья, два питьевых йогурта и бутылку молока. Продавщица с прической и макияжем из девяностых медленно берет у меня тысячу, долго проверяет ее на подлинность.
- Может картой?
- Чё? – недовольно переспрашивает она.
- Я могу оплатить картой, если так удобнее.
- У меня нет банкомата.
- Терминала, - не подумав, поправляю я.
- Самая умная?! – она смотрит на меня, словно я ее сильно оскорбила.
- Нет.
Продавщица продолжает смотреть на меня испепеляющим взглядом, потом, наконец, сует десятку в свой фартук и отсчитывает сдачу. Я забираю деньги и пулей вылетаю оттуда.
Когда я выхожу, Андрей выныривает из-за гаража, поправляя на ходу джинсы. Я смущенно улыбаюсь и мгновенно забываю о хамоватой продавщице.
- Как там, удобно?
- Немного хуже, чем в кафе, но тоже ничего.
- Пойду тоже воспользуюсь…эээ… санузлом.
- Давай, - он тихо хихикает.
Мы моем руки водой из бутылки, съедаем по пирожку и по очереди пьем молоко. Оставшиеся припасы я убираю в рюкзак. Только, когда бутылка оказалась пустой, я поняла, что пили мы с одного горлышка, и мне совсем не было противно. А я между прочим даже гостям никогда не наливаю чай в мою кружку. Так что это показатель! Я немного напрягаюсь, хмурюсь и закусываю губу. Как-то странно он на меня действует.
- Что-то случилось?
- Ничего, - я мотаю головой и натянуто улыбаюсь. – Давай поймаем еще машину.
- Нет, здесь мы попутку врядли поймаем. По этой трассе все едут в город, а кто мимо - едут по объездной. Сядем на автобус, проедем через весь город, и на западном выезде поймаем машину. Остановка должна быть где-то там.
- А чего это ты командуешь?
- А у тебя есть план получше?
- Нет, но…
- Но ты любишь поспорить? – заканчивает Андрей за меня и ухмыляется.
- Нет, не люблю.
- Заметно, - он прыскает и идет в сторону остановки.
Как же он меня… Напрягает, хотела сказать я. Вообще-то нет, уже не напрягает. И именно это и напрягает. Еще и суток не прошло, а мы как старые знакомые. Я не привыкла сближаться с людьми, тем более так быстро. Долгое время в моей жизни была только работа и… работа. У меня всего две подруги, знакомы со школы. Но живут они далеко, Лиза – в Москве, Софья – в Анапе, так что общаюсь с ним только по телефону. А с мужчинами я вообще разучилась общаться вот так вот запросто по-дружески. Я тащусь вслед за ним – автобус так автобус. Мне нравится, что он знает, что делает, что принимает решения, что ни разу еще он не сказал «что же делать?». Но все решения я всегда принимала сама, и теперь меня немного пугает моя покорность.