- Ну что, красотка, где лучше в машине или в лес?
- Я, пожалуй, пойду, спасибо. – Я аккуратно убираю его руку и отсраняюсь.
- В смысле, спасибо. Я тебя не за спасибо взял.
- Я заплачу, сколько нужно.
- Вот и плати. – Он хватает меня за руку, я пытаюсь вырваться. Но куда там! Он тянет меня в сторону леса. Я кричу, мимо проносятся машины, но врядли кто-то вообще обратит на нас внимание. Мне страшно. Я брыкаюсь и пинаю этого урода по ногам. Он ударяет меня наотмашь и разбивает мне губу. Вот и доигралась! Дура! Всё, конец! У меня вырываются слезы. Я продолжаю сопротивляться, но мы все дальше уходим от машины.
Тут я слышу оглушающий гудок. Неужели кто-то заметил? Слышу крик, топот бегущих ног, звуки удара. Я закрываю руками глаза, сажусь на пол и рыдаю. «Надо бежать» - проносится в голове. Но я не могу. Хочу, чтобы меня обняли и отнесли домой.
- Тихо, тихо… - шепчет знакомый голос. – Он гладит меня по голове, а я рыдаю еще сильнее. Потом Андрей помогает мне подняться, обнимает за плечи и ведет к дороге. Его трясет от злости и страха. Подобие человека под названием «толян», скрючившись, лежит на земле, что-то безостановочно говорит.
Андрей молчит, меня трясет. Я смотрю в одну точку на дороге. На дороге припаркована фура. Водитель тоже вылез, в руке огромный гаечный ключ. Из глаз по-прежнему льются слезы. Андрей берет меня за руку, и ничего не говорит. Мы доходим до фуры и я бросаюсь Андрею на шею, заливаю слезами его футболку. Ему с трудом удается оторвать меня, чтобы усадить в машину, когда водитель фуры уже торопит нас.
Машина доезжает до Владимира. Там мы останавливаемся в гостинице для фур. Остаемся там на ночлег. Я сходила в душ, несмотря на отсутствие горячей воды провела там 10 минут. Хоть все обошлось. Я все равно чувствую себя замаранной. «Что бы ты сказала, если б он не успел?!» - издевается внутренний голос. Переоделась и вышла с замотанным на голове полотенцем. Андрей стоит у выхода из моей комнаты и молчит.
- Ну, скажи уже что-нибудь! – говорю я и сажусь на кровать.
Он качает головой, тяжело сглатывает и открывает дверь, чтобы уйти к себе в комнату. Мне страшно!
- Не уходи, - шепчу я трясущимися губами.
В эту ночь мы засыпаем в обнимку, даже не разобрав кровать, прямо на видавшем виды покрывале.
Четверг
Утром я проснулась с опухшими глазами. Вчерашние приключения не прошли даром. Андрей спит рядом со мной. Это приятно просыпаться вместе с мужчиной. Сколько же гадостей я ему вчера наговорила перед тем, как села в машину к этому гаду. Я была несправедлива. А он поехал за мной. И убил бы того мужика, если бы дело зашло чуть дальше.
Андрей открывает глаза. И смотрит на меня с опаской, не зная чего ожидать. Я не знаю как себя вести. Он наверняка обижен после моих слов в Нижнем. И злится после моей глупой выходки с таксистом, которая чуть не привела к трагедии.
- Пора идти. Дальнобойщик сказал в семь выезжаем.
Я киваю и иду закидывать в рюкзак вещи. Андрей быстро одевается, и мы вместе выходим в холл. Быстро едим в местной забегаловке вместе с водителем и молча едем два часа до Москвы. Молча садимся на метро, доезжаем до вокзала. Там мы проще, чем думали, получаем вещи, обмениваясь только необходимыми фразами: «Это твой чемодан?», «Какой там у нас был номер мест?» и тому подобное. И вот приходит время прощаться.
- Ну вот и всё, - говорит он, оглядывая вокзал. Мне не видно его лица. «Повернись», - хочу крикнуть я, - «Дай запомнить тебя во всех подробностях».
- Да. – вздыхаю я. – Приехали.
- Ну, я пошел… - не то вопросом, не то утвердительно говорит он.
Я еле заметно киваю. «Извинись, дура! Скажи, что он тебе тоже нравится».
- Пока, - говорит он, помедлив, потом берет чемодан, легко махает мне рукой, разворачивается и уходит.
- Пока, - тихо отвечаю я, в шуме вокзала он точно не слышит.
- Дура! – вслух говорю я, так что проходящая мимо женщина бросает на меня недоуменным взглядом. У меня текут слезы.