— А люка нет?
— Там шлюзовой ставень. Он заперт, и ни у кого нет ключей. Проще проломить гипсовую стену.
Мы спрятались от дождя под подвесной железной дорогой.
— То же самое Трэвес рассказал и мне, — подтвердила Уорекс. — До тех пор, пока подрядчики не поднялись на крышу, там годами никто не бывал.
— Кто-то побывал. Кто-то, у кого оказались ключи от ставня. Убийца.
Сточные трубы, где нашли Хеуолла, располагались позади ряда забегаловок, облепивших древние леса вокруг инструментального цеха. Здесь же располагалось нечто вроде бара — здание размером в два этажа, где неоновая вывеска мерцала между аквилой и геральдической лилией. Фишиг и Уорекс продолжили подниматься на следующий подвесной уровень, чтобы полюбоваться там на грязные окна домов. Мы с Биквин зашли в бар.
Освещение внутри было тусклым. На верхнем этаже на вращающихся стульях сидели четверо или пятеро выпивох, которые не обратили на нас никакого внимания. В воздухе витал аромат обскуры.
За стойкой бара стояла женщина, которая сердито повернулась к нам, едва мы вошли. Она разменяла, судя по внешности, пятый десяток и обладала мощным, почти мужским телосложением. Рукава ее рубашки, обрезанные по плечи, позволяли увидеть руки, не менее мускулистые, чем у Фишига. На бицепсе виднелась небольшая татуировка в виде черепа с перекрещенными костями. Кожа ее лица была иссохшей и грубой.
— Зачем явились? — спросила она, протирая стойку стеклотканью.
И тогда я увидел, что правую руку от локтя ей заменяет протез.
— За информацией, — сказал я.
Она резким движением бросила тряпку за ряд бутылок, стоявших на полке за ее спиной.
— Это не ко мне.
— Вы знакомы с человеком по имени Хеуолл?
— Нет.
— Этого человека нашли в канализационных трубах за этими зданиями.
— Ого. А я и не знала, что у него было имя.
Теперь, оказавшись к ней ближе, я разглядел, что татуировка на ее руке изображает не череп и кости. Это была каменка.
— У всех нас есть имена. Кстати, как зовут вас?
— Омин Люнд.
— Вы живете здесь?
— Живу — слишком громко сказано. — Она отвернулась, чтобы вновь наполнить стакан одного из выпивох.
— Жуткая стерва, — произнесла Биквин, когда мы вышли наружу. — Здесь все ведут себя так, словно им есть что скрывать.
— Здесь у всякого найдется что скрывать, хотя бы ненависть к этому городу.
Удача отвернулась от Урбитана, да и от всего Саметера, уже много лет назад. Промышленные ульи Трациана Примарис задавили производство на планете, и прибыль от экспорта резко сократилась. Стараясь не выбыть из конкурентной борьбы, местные власти сняли с химических заводов ограничения на выброс загрязнений в атмосферу, чтобы повысить выработку. В течение нескольких веков Урбитан имел проблемы со смогом и отравляющими воздух веществами. Но в последние несколько десятилетий эти проблемы уже никого не волновали.
Загудел вокс. Меня вызывал Эмос.
— Что удалось найти?
— Это очень странно. Саметер оставался чист от скверны довольно долго. Последний раз Инквизиция проводила здесь расследование тридцать один стандартный год назад, да и то не в Урбитане, а в Аквитании, столице. Искали незарегистрированного псайкера. Конечно, преступность на планете широко распространена, в особенности если говорить о торговле наркотиками и уличных драках. Но ничего, что на самом деле можно было бы назвать ересью.
— И ничего, что напоминало бы ритуальные убийства?
— Нет. Я проверил архивы за два столетия.
— Что насчет значений дат?
— Тринадцатое сагиттара — это почти канун солнцестояния, но я не могу проследить какой-либо связи. День зачистки ульев Сарпетала, как правило, знаменуется усилением деятельности культов в субсекторе, но до него еще шесть недель. Единственное, что могу сказать, так это то, что пятого сагиттара была двадцать первая годовщина битвы за Высоты Клодеши.
— Не припоминаю такой.
— Шестое из семи полномасштабных сражений за время шестнадцатимесячной имперской кампании на Сюреалис Шесть.
— Сюреалис… это же в целом субсекторе отсюда! Эмос, какой день ни возьми, он окажется годовщиной какой-нибудь имперской операции. Какая связь?
— Девятый Саметерский полк сражался на Сюреалисе.
Фишиг и Уорекс наконец перестали шнырять по верхним уровням и присоединились к нам. Капитан разговаривала по воксу.
Она выключила его и посмотрела на меня. По ее щитку струились капли дождя.