Я развернул кресло к нему:
— Ты уверен?
— Да, сударь.
— Телекинетик?
Он кивнул:
— Да, в записи это четко указано. Я полагаю, она — тот самый псайкер, которого вы искали.
— Ты сказал, ее звали Пэйшэнс? — тихо спросила Кара.
Карл ответил вопросом на вопрос:
— Да, а что?
Кара пожала плечами. Она что-то недоговаривала.
— Кара? — надавил я.
— Ничего, — покачала головой она. — Просто когда вы искали ее следы и подумали, что мне это в тягость, я сказала…
— Терпение — это добродетель, — закончил я за нее.
— Ага. Терпение — это добродетель. Жутковато.
— Совпадение, — пробормотал Нейл.
— Поверь, Гарлон, — сказал я, — во всем громадном Империуме Человека тебе не сыскать такой вещи, как простое совпадение. Особенно там, где есть псайкер.
— Я запомню, — отозвался он. Наемник то ли не поверил, то ли ему было все равно.
— Куда отправили эту Пэйшэнс, Карл? — спросил я.
— Ее продали за десять тысяч наличными наркокартелю, который собирался использовать ее для игры.
— Для какой игры? — спросил я.
— Судя по записям, это не первый выпускник схолума, которого продали этому картелю. Это, скорее, забава, а не игра. Они выпускают ребенка в трущобы, а потом… потом делают ставки на то, как долго он проживет. После того, как они выпустят охотников.
— И что? — возразил Нейл. — Стало быть, они избавятся от этой маленькой ведьмы за нас. Нам и стараться не придется.
— Это если записи правдивы, — заметил я. — Подумай. Может, действительно есть эта игра. Может, и правда, существует наркобарон, которому нравятся варварские гладиаторские бои. Но в то же время это может быть шифром, под которым скрыта попытка продать живой товар Когнитэ.
— Я даже не знаю, что из этого хуже, — произнесла Кара.
Я снова развернулся к Сайрусу. Он заскулил, когда мой разум снова проник в его сознание. Он все еще был слаб и не в себе после прошлого раза. По идее, следовало дать ему отдохнуть, чтобы получить связные ответы. Но на это не было времени, поскольку несанкционированный псайкер то ли находился где-то на планете, то ли уже покидал ее под пристальным надзором наших врагов.
Я начал с нескольких ключевых слов: «псайкер», «телекинетик», «Пэйшэнс» — и протолкнул их в его разум, подобно тому, как ребенок заталкивает кубики разного размера в коробку, надеясь попасть в подходящее отверстие. Он ответил такими же повторяющимися словами: «Локеттер, игра, достойный трофей…»
Я не понимал, с какой силой на него нужно воздействовать. Возможно, я уже довел его до границы правды, за которой не оставалось ничего, кроме безумия, но не исключено, что он намеренно подменял понятия. Подобный трюк был достаточно распространен среди агентов Когнитэ. Готовясь к возможному псионическому допросу, это еретическое братство научилось мнемотехникам, позволявшим заменить элементы настоящих воспоминаний фальшивыми образами. «Наркобарон», например, мог означать «покупателя», а «игра» — «цель». Простая, но практически безотказная уловка. При должном уровне подготовки агент Когнитэ мог скрыть воспоминания за завесой метафор. И при этом его нельзя было подловить на лжи, потому что он не лгал. Истина стиралась из его памяти и заменялась другой информацией. Такие техники помогали члену братства выдержать даже самый суровый пси-допрос, потому что тот действительно не знал правды, которую мог бы выдать.
— Он ничего не говорит! — Я выругался и развернул кресло. — Если, конечно, найденная информация не правдива. У тебя есть зацепка, Карл?
Тониус кивнул.
Кара поднялась на ноги:
— Давайте найдем ее. Если там действительно идет эта проклятая варварская игра, девочке очень нужна помощь.
— Трон, да пускай она сдохнет! — рявкнул Нейл. — Фрагов псайкер! Ну что? Что?!
Карл и Кара уже шли к дверям.
— Это одна-единственная жизнь, Гарлон, — произнес я проезжая мимо наемника, — однако я многому научился у Эйзенхорна, но только не безжалостности. Тысячи и даже миллионы людей могут погибнуть, если мы не найдем Молоха и не предадим его суду. Но счет любого миллиона начинается с единицы, и если мы проиногрируем возможность спасти одну жизнь, значит, способны точно так же наплевать и на остальные девятьсот девяносто девять тысяч девятьсот девяносто девять.
— Ну ладно, — проворчал Нейл.
— Спасибо за доверие. Кара, сообщи в Магистратум, что допросы приостанавливаются до нашего возвращения.
XIII
Бронированный особняк действительно принадлежал человеку по имени Локеттер, девятнадцать раз уличенному в торговле наркотиками. Особняк напоминал огромный металлический гриб, выросший на склоне груды обломков над трущобами. Здесь, внизу, за пределами громады Урбитана, запущенность и разруха достигали невероятных масштабов.