— А чего ж? — косо зыркнул на Андрия вовкулак. — Я, чтоб ты знал, родился от женщины, а не от псицы какой-нибудь, и не бисово я отродье, как многие о нас, вовкулаках, думают. Грешил, да — но кто не грешил-то?! А зла никогда не совершал из одного только удовольствия, к пакостям разным склонности не имею. В Господа же верую.
— Но в Святом письме о вовкулаках разве сказано?
— Святое письмо люди живые писали, — огрызнулся Степан. — Хоть и апостолы. И вообще, давай не будем про это. Ты-то что в Вырие делаешь, вот на какой вопрос мне ответь. Ты ж живой еще. И хлопчик тоже. И ты ж вообще в монастырь пришел, чтоб спасаться.
— Про характерников слыхал?
— Ну слыхал. А что, вы завсегда Вырием ездите?
— Дело есть, — отрезал Андрий. — Только я не уверен теперь, что мне удастся исполнить зарок, который взял на себя.
И он вкратце рассказал Коржу про случившееся.
— Удивляюсь, как тебя только лес к нам пропустил, — завершил он, хмуря седые брови.
— За своего принял, вот и пропустил, — фыркнул вовкулак. — А ты что же, до сих пор не придумал, как с ним договориться?
Ярчук мотнул головой.
— Н-да-а… — протянул Корж. — А я вот, как и ты, спасаться наладился… Слыхал ведь, небось, что с нами бывает, когда сюда попадем? Что там нет нам жизни, что тут… Да кому я рассказываю, ты ведь, братец, тоже из наших, если рассудить!
— Смотря кого ты вашими называешь.
— Да тех называю, у кого взгляд на жизнь особый. Широкий взгляд. И не всегда батюшек радующий.
— Церковь-то оставь в покое.
— Я-то оставлю. Она — оставит ли меня?… Слушай, братец, — покосился Корж на сундучок, — а наши с тобой пути часом не в одну ли сторону лежат, а?
— Еще и сам не знаю. Вот, кстати, — Андрий вынул из заветного кармана зеркальце и оглядел со всех боков: вроде ничего особенного. Работал, правда, мастер — сразу видно, но безо всяких там излишеств: костяная оправа с несколькими завитками для красоты и круглое глядельце. В котором отражается смутный Андриев лик. Вот и все чародейство.
А подышишь — так и лик не отражается.
Взамен зато проступили буквы, сложились в слова.
Андрий прочитал, кусая ус и не желая верить увиденному. Зеркальце приказывало: «Следуй за тенью братца».
И все. Понимай как хочешь.
Глава пятая ВОВКУЛАЧЬЯ ТЕНЬ
Утро, как известно, вечера мудренее. Но иногда — и мудренее. Да и до него еще дожить надобно.
Андрию не спалось. Не потому даже, что вокруг Вырий раскинулся, а просто гадко было на душе. Будто кто чоботами прошелся по ней… станцевал.
И еще — сундучок. Таращился коштовными своими буркалами, точно живой, и не было от него никакого спасу. Куда ни пойди на маленькой полянке, что выделил для своих «гостей» лес-нежить, а всюду дотягивается сундучок взглядом, манит, напоминает: «Тут я. Не забыл?»
Забудешь, как же!
Он тихонько, чтобы не разбудить заснувшего наконец Мыколку, присел рядом с сундучком. Осторожно, словно боялся, что укусит, протянул руку и коснулся блестящего бока.
Показалось?.. Или правда поверхность под пальцами вздрогнула, как живая?!..
— Чего ты хочешь? — шепнул сундучку Андрий. — Чего уставился?
Он поднял его на руки: легкий, почти невесомый. Внутри — неужто пусто? Да нет, наверняка деньги лежат или смарагды какие с рубинами.
— Дядьку, а можно посмотреть, что в нем?
Ну вот, а думал, спит, сорванец!
— Нельзя. Я зарок дал, что сам не открою и другим не позволю.
— А-а… — разочарованно протянул Мыколка. — Дядьку Андрию, а куда делся волк?
— Кто ж его знает. Убежал куда-то. У него свои дела, волчьи. Спи, к утру вернется.
— Дядьку, а утром нас леший отпустит?