- Эй, Сурана. Ну, приходи же в себя, давай... - Над девушкой склонился темноволосый маг, он с заботой убрал непослушный локон ей за ухо. - Йо... Йован? Это ты? - Девушка открывает глаза с едва слышным вздохом. - Это действительно ты? Где я? Он смотрит на неё. Над девушкой склонился темноволосый маг, он с заботой убрал непослушный локон ей за ухо. Наверное, по отношениям этих двоих нельзя было сказать, что они были не больше, чем просто друзьями. Среди магов Круга все считали их парочкой - а за последние года это даже смогло сыграть хорошую службу. Эльфийка выросла прихорошенькой - а к чародейке с длинными ушками уже стали присматриваться храмовники. Несмотря на запрет официальных отношений между этими двумя кастами, многие блюстители церкви не раз были замечены в компании девушек-учениц. Зареванные и испуганные, они даже слова не могли сказать в свою защиту. Нетрудно было догадаться, что любовь этих парочек была односторонней - и вряд ли взрослые мужчины с годовыми воздержанием могли отказать себе в удовольствии хорошенько трахнуть молоденьких магичек. Таких, конечно, находилось единицы, но все же, к сожалению, они находились. Ирвинг, заметив нездоровый интерес к остроухому созданию, взял ее под своё крыло и опеку - магия чувствовалась из девушки за версту, грех было этим не воспользоваться и не воспитать себе прекрасного помощника, который наверняка потом поможет их миру. - Ты в спальне. Продышись хорошо. - Недовольно поморщился юноша. - Тут безопасно. Ф-фух, знаешь, здорово, что ты в порядке. Тебя только этим утром принесли. Я даже и не догадывался, что тебя не было всю ночь. Он помог рыжеволосой эльфийке встать, поддерживая её за локоть. - Говорят, иногда ученики не возвращаются с Истязания. - Продолжал говорить он, незаметно подводя логическую цепочку. - Нежели это действительно так опасно? На что это похоже? Эльфийка морщится. Уклад жизни магов, что вдолбили ей практически с самого детства, давал о себе знать. - Йован, мы друзья... Очень близкие и всякое такое. Но ты прекрасно знаешь, что нам нельзя рассказывать об этом. Йован притворно надулся. - Подруга ещё, называется. - Он сложил руки на груди и даже чуть-чуть повернул голову, копируя тон их общей знакомой, Мередит, когда та обижалась. - Могла бы и рассказать! Нет, я правда не буду никому рассказывать о том, если ты мне скажешь. - Нет, Йован, правда, я не могу. - Качает головой девушка, проверяя на себе целостность одежды. - Наберись терпения, Йо-Йо. Скоро и тебе это предстоит. Думаю, тебя вызовут, когда ты будешь готов. Брюнет недовольно нахмурился и отвернулся от девушки. - Я тут уже дольше, чем ты. Иногда мне в голову приходит мысль, что меня не вызовут вообще. Не собираются испытывать... - Пожаловался маг, неотрывно и внимательно смотря на свою подругу. Словно действительно, подводил к чему-то. Эльфийка, услышав такую речь, вполне искренне удивилась. Зелёные глаза подозревающе сузились. К чему он клонил? Сурана, что провела с Йованом практически всю свою жизнь, знала, что этот тон не сулил самой чародейке ничего хорошего. Таким тоном он обычно просил домашние задания или прикрыть его от храмовников и учителей, когда он, как предполагала сама девушка, бегал к своей подружке. Отношения были не под запретом, но строго наказывались, если магам было меньше шестнадцати. Таким образом они пытались уменьшить рождаемость в башне, а уж тем более - внеплановую беременность совсем уж юных учениц Круга. - Разве не все должны пройти через истязание? - Недовольно и недоуменно буркнула девушка, собирая небольшую кожаную торбу, которую привыкла таскать везде с собой в последний месяц. - Усмиренные истязание не проходит. Либо ты проходишь обряд истязания, либо обряд усмирения, либо умираешь. Иного не дано. - Девушка кивает. - Да, точно. Как я могла об этом забыть. Неплохой вариант для тех, кто страшится испытания. - Охх, ладно. - Тяжело вздохнул Йован, все ещё с надеждой глядя на девушку. - Не буду тратить твоё время. Меня вообще-то просили тебе передать, чтобы ты зашла к Ирвингу, когда проснешься. Не заставляй его ждать. Потом поговорим. - Йован уходит и смотрит на Сурану так, что девушка невольно ежится. Взгляд, в котором смешивается укор (непонятно, на что), надежда и страх, смешанный с отчаянием. Но ведь действительно, не следует заставлять Ирвинга ждать.