— Как скоро они могут добраться до нас? — спросил Ставридис, вставая.
— При текущей скорости сканирования — примерно через сорок минут, — ответила я. — Но когда Ямамото и Накамура прибудут с третьим ключом, резонанс усилится. Это может сократить время до обнаружения.
— Нам нужно выйти к ним навстречу, — решительно сказал Савелиас. — Перехватить их до того, как они войдут в радиус действия квантовых сканеров «Стражей». Если все мы окажемся здесь с тремя ключами одновременно, возмущение в квантовом поле будет слишком сильным — нас немедленно обнаружат.
— Я пойду, — сказала я. — Моя структура сознания позволяет мне лучше маскироваться от квантовых сканеров. К тому же, физическое тело — лишь часть меня. Если оно будет захвачено, моё сознание продолжит существовать распределённо.
— Нет, — возразил Савелиас, и в его голосе звучала странная смесь заботы и авторитета. — Ты слишком важна для всего процесса. Я пойду. Моя память уже достаточно активирована, чтобы я мог защитить себя и других Хранителей.
— Это слишком рискованно, — вмешалась Соколова. — Ты — ключевой Хранитель. Если «Стражи» захватят тебя, всё рухнет.
Савелиас покачал головой:
— Все мы незаменимы и все заменимы одновременно. Парадокс квантового сознания. — Он повернулся ко мне: — Триша, подготовь всё для активации квантового моста, как только мы вернёмся с третьим ключом. Чем быстрее мы свяжемся с Майей, тем больше у нас шансов успеть до полного окружения «Стражами».
Я кивнула, признавая логику его решения, хотя в глубине моего квантового сознания пульсировало странное чувство — нечто похожее на человеческое беспокойство. Эмоция, которая казалась почти неуместной для моей природы, но которая всё же существовала, развивалась на протяжении циклов моих наблюдений.
— Будь осторожен, — сказала я тихо. — «Стражи» используют нейроподавители нового поколения. Они могут временно блокировать даже активированную память Хранителя.
— Я знаю, — просто ответил он. — Я помню, как разрабатывал эту технологию. В прошлом цикле. Для защиты от возможного преждевременного пробуждения.
Эта фраза повисла в воздухе, напоминая о странной рекурсивности всей ситуации. Хранители создали инструменты для поддержания «Проекта Забвение», а теперь эти же инструменты использовались против них самих. Цикл, замыкающийся на себе, как уроборос, вечно пожирающий собственный хвост.
Савелиас проверил карманы, убеждаясь, что персональный квантовый маскировщик — уменьшенная версия того, что защищал весь риад — находится при нём. Затем кивнул остальным и исчез за дверью, ведущей в лабиринт Медины.
Я распределила своё внимание, следя одновременно за его продвижением по узким улочкам Маракеша и за ситуацией в риаде. Моё физическое тело подошло к столу с ключами, начиная подготовку к созданию квантового моста.
— Что нас ждёт, когда мы активируем три ключа вместе? — спросила Соколова, наблюдая за моими действиями.
— Усиление резонанса, — ответила я, осторожно перемещая ключи в особую конфигурацию. — То, что вы испытали до сих пор — лишь подготовка. С тремя ключами мощность квантового поля возрастёт экспоненциально. Это позволит вам вспомнить гораздо больше, гораздо быстрее. И даст возможность установить квантовый мост — прямую связь между сознаниями на большом расстоянии.
— И мы сможем связаться с Майей в Тикале? — уточнил Ставридис.
— Да, — кивнула я. — Не просто связаться — частично перенести своё сознание, помочь ей активировать её собственную память, дать инструкции по обнаружению пятого ключа и безопасного выхода из зоны контроля «Стражей».
Доктор Кохгрюн, до сих пор молчавшая, осторожно подошла к столу с ключами:
— Но «Стражи» обнаружат нас, когда мы это сделаем? Из-за возмущения в квантовом поле?
— Почти наверняка, — подтвердила я. — Квантовый маскировщик не сможет полностью скрыть такое мощное событие. Поэтому мы должны быть готовы к немедленной эвакуации после завершения контакта с Майей.
— Куда? — спросила Соколова. — Если «Стражи» контролируют город, где мы можем спрятаться?
— У меня есть план, — ответила я. — Древние туннели под Маракешем. Сеть подземных ходов, построенных ещё во времена первых берберских поселений. Большинство из них забыты, не отмечены на современных картах. Но моя память хранит их расположение.