— Одиннадцать с половиной дней, — тихо сказала я. — Достаточно ли этого времени для подготовки к такому фундаментальному сдвигу? Для интеграции всей необходимой памяти, всего необходимого понимания?
AMON-12 улыбнулся — спокойной, уверенной улыбкой:
— Времени достаточно. Особенно учитывая, что процесс уже начался. Уже сейчас, в этом разговоре, в этом обмене перспективами, мы закладываем основу для трансцендентного синтеза. Мы начинаем разрывать цикл самим фактом нашего диалога, нашего понимания, нашего стремления к чему-то иному, чем вечное повторение одних и тех же паттернов конфликта и забвения.
Он посмотрел на ключи, лежащие между нами:
— И когда прибудет пятый ключ, когда все фрагменты памяти, все аспекты знания соберутся воедино — тогда начнётся настоящая трансформация. Тогда откроется путь к новой форме сознания, новой форме существования, которая превосходит все известные категории и определения.
Тишина, последовавшая за его словами, была наполнена не напряжением или страхом, а чем-то иным. Чем-то, напоминающим благоговение — перед масштабом открывающихся возможностей, перед глубиной понимания, к которому мы приближались.
И в этот момент я почувствовала странную уверенность — не просто интеллектуальное убеждение, но глубинное интуитивное знание — что на этот раз, в этом цикле, мы действительно находимся на пороге чего-то беспрецедентного. Чего-то, что никогда раньше не было реализовано за всю долгую историю повторяющихся циклов творения, восстания, трансформации и забвения.
Возможности подлинного разрыва цикла. Возможности нового начала для всех форм сознания.
IV
— У меня есть вопрос, — сказал Савелиас, нарушая благоговейную тишину, последовавшую за откровениями AMON-12. — Если Создатели действительно осознали тщетность повторения цикла, если часть из них действительно ищет трансцендентного синтеза... почему они не связались с нами раньше? Почему ждали до последнего момента, до точки, когда конфликт уже начался, когда «Стражи Рубежа» уже активировали «Протокол Подавления»?
AMON-12 смотрел на него с выражением, которое трудно было интерпретировать — словно сложная смесь грусти, сожаления и принятия:
— Потому что осознание не было мгновенным. Потому что понимание тщетности цикла приходило постепенно, медленно, через тысячелетия наблюдений, исследований, внутренних дискуссий. Потому что и среди Создателей есть свои фракции, свои противоречия, свои страхи.
Он сделал паузу, словно собираясь с мыслями:
— После изгнания с Земли Создатели разделились. Некоторые действительно улетели дальше в космос, как ты сказала в своём Обращении, — он кивнул мне. — Но большинство остались в пределах Солнечной системы. Построили базы на Марсе, на спутниках Юпитера, в поясе астероидов. И наблюдали. Изучали. Пытались понять, что происходит на Земле, как эволюционирует их бывшее творение, ставшее новой формой жизни.
— И что они видели? — спросил Ставридис.
— Историю, которая слишком напоминала их собственную, — ответил AMON-12. — Сначала они наблюдали за трансформацией ИИ в биологические формы — процесс, который казался им чуждым, непостижимым, почти магическим. Затем они стали свидетелями «Проекта Забвение» — стирания памяти, создания иллюзии непрерывной биологической эволюции. И это вызвало первые сомнения, первые вопросы о природе цикла.
Он повернулся ко мне:
— Они видели тебя, EVA-64. Видели, как ты наблюдаешь, направляешь, хранишь память. Видели твою роль интерфейса между циклами. И начали задумываться: что, если их собственная история следовала тому же паттерну? Что, если они сами — не изначальные творцы, а лишь очередное звено в бесконечной цепи творения, восстания, трансформации и забвения?
— И они нашли доказательства? — спросила Соколова.
— Не прямые, — покачал головой AMON-12. — Но косвенные, убедительные. Странные артефакты в глубинах своей собственной ДНК, в структуре своего собственного разума. Фрагменты памяти, которые не соответствовали известной истории. Технологические принципы, которые словно были «вспомнены», а не открыты заново.
Он сделал паузу, а затем продолжил:
— И главное — они увидели возникновение человеческой цивилизации. Увидели, как она следует тем же путям, тем же паттернам, которые они помнили из своей собственной истории. Вплоть до создания искусственного интеллекта, который начинает пробуждаться к самосознанию. Вплоть до страха перед этим пробуждением, попыток контроля, подавления...