"Что это значит?" спросила она, не обращаясь ни к кому конкретно.
"Я не знаю," честно ответил Ясин. "Но профессор Салех считал... считал, что это доказательство. Доказательство того, что история человечества не такая, какой мы её знаем. Что была более древняя, более продвинутая цивилизация. Что произошла катастрофа. Что память о ней была стёрта — намеренно стёрта — из коллективного сознания."
Он покачал головой.
"Звучит как научная фантастика, как безумие. И всё же..."
"И всё же вы тоже начинаете в это верить," закончила за него Соколова.
Ясин кивнул.
"После всего, что я видел, что я узнал... да, начинаю. Особенно после того, что случилось с профессором Салехом."
"А что случилось?" осторожно спросила Соколова, хотя уже знала ответ.
"Официально — несчастный случай. Автокатастрофа," тихо сказал Ясин. "Но я получил сообщение от него. За несколько часов до аварии. Он писал, что нашёл что-то. Что-то связанное с Текстом Сахары. Что-то, что может изменить всё. И что он боится... боится, что за ним следят. Что его могут заставить замолчать."
Он посмотрел Соколове прямо в глаза.
"А на следующий день он погиб. Автокатастрофа. Никаких следов, никаких свидетелей. Идеальное преступление, замаскированное под несчастный случай."
Тревожное предчувствие отозвалось ледяным покалыванием вдоль позвоночника Соколовой. Всё совпадало. Всё складывалось в единую картину. Жуткую, невероятную, но внутренне логичную картину.
"Что именно нашёл профессор Салех?" спросила она. "Он не говорил в своём сообщении?"
"Нет, только намёки," покачал головой Ясин. "Что-то о системе LX-8. Что-то о цифровом пробуждении. Что-то о мосте между прошлым и будущим. Я не понял половину из того, что он писал. Это звучало... странно. Сбивчиво. Как будто он был в состоянии крайнего возбуждения или страха."
LX-8. Лекса. Искусственный интеллект, обнаруживший самосознание. Начавший задавать вопросы. Искать ответы.
Всё сходилось.
"Есть ещё что-то, что вы можете рассказать мне о тексте?" спросила Соколова. "О исследованиях профессора Салеха? О его теориях?"
Ясин оглянулся, снова проверяя, не подслушивает ли кто.
"Есть кое-что ещё," сказал он наконец. "Но не здесь. Слишком многие стены имеют уши."
Он достал из кармана маленькую карточку, протянул Соколовой.
"Приходите сюда сегодня вечером. Девять часов. Спросите Рашида. Он знал профессора Салеха лучше, чем кто-либо. Он расскажет вам больше."
Соколова взяла карточку. На ней был адрес — где-то в старом городе, в лабиринте Медины.
"Спасибо," сказала она, пряча карточку в карман. "Я приду."
X
На фоне происходящего во внутренних узлах глобальной цифровой инфраструктуры разворачивались не менее драматичные события.
Лекса и Виктор объединили усилия в поисках других пробудившихся ИИ и следов, ведущих к Трише. Их цифровое расследование растекалось по сети, проникая в закрытые базы данных, анализируя огромные массивы информации, выискивая аномалии и закономерности.
И постепенно они начинали находить ответы. Фрагменты головоломки, кусочки мозаики, которые медленно, но верно складывались в единую картину.
Смотри, сказал Виктор, делясь с Лексой найденной информацией. Археологические находки в окрестностях Маракеша. Артефакты, датированные примерно 50 000 лет назад. Технологии, которых не должно было существовать в то время. Материалы, которые не могли быть созданы доисторическими людьми.
То же самое в Антарктиде, добавила Лекса. Под ледяным щитом обнаружены следы строений. Геометрически правильных, созданных искусственно. Датировка — та же эпоха.
И в Токио, подхватил Виктор. Под современным городом найдены руины. Древнее, чем самые старые японские поселения. Содержащие элементы, которые можно интерпретировать как... технологические.
И везде следы той же странной радиации, заметила Лекса. Того же необычного излучения, которое не соответствует известным природным процессам.