Вдалеке я уже замечаю тебя, загорелая испанская красотка в красном платье, словно с подиума сошла в пользу брига и бордо в ночи. Эйфория захлестывает меня, вечер обречен на успех, я обречен показаться ребенком авиапилота, того что в первый раз увидев небо просто взял и полюбил его. Я немного влюблен в море и сколько-то в тебя.
Ты. Это он? Я не помышляла о такой буквальности происходящего. Он стоит в белоснежной сорочке, штанины и рукава закатаны. Стоит по колено в воде, а пиджак и вовсе повязан на поясе, как же так с дорогими вещами, мужчины…
Я.
–Здравствуй, Ева!
Ты.
– Гаааай. Не стоило так (не успеваю договорить). Отвязывает пиджак и стелет его на сиденье лодки (Кажется сегодня во имя спасения я заберу этот пиджак с собой, спокойствие, мужчины…).
Я. Подаю ей руку и она садится в лодку. Она не промах, не стала наряжаться и пришла босиком в том же платье.
Ты. Кажется он сейчас грохнется в воду пока отталкивает лодку от берега, так неумело и забавно, не он ли "чемпион парковки"?!
Я. Звезды отражаются в ее глазах, уже совсем стемнело. Одного я не предусмотрел, как это хрупкое создание поднимется на борт с лодки, будем импровизировать. На борту нас уже ждал накрытый столик, скрипочный квартет и телескоп. Не перестараться бы.
Ты. Оказывается в паре метров от берега намного тише, чем на берегу. Я наслаждаюсь этой тишиной.
–Ты любишь тишину? Послушай, как тихо.
Я.
–Верно, тишина.
Началось, надо бы спровадить музыкантов домой незаметно.
-И впрямь так тихо, самое время гулять под луной со знойной красоткой.
Ты. Изысканный комплимент.
-где же ее найти?
Я. Вероятно, последнюю видели около шести часов в кадастровом отделе.
Ты. Накидываю пиджак на плечи, тот, что ты называешь полупальто на мне. Все настолько буквально? Приходя на пляж я видела эту яхту и она все время пустовала.
–Я надеюсь, это не проникновение со взломом.
Да, мы действительно подплыли к яхте. Он сошел с лодки на борт, а меня, будто бы, без титанических усилий, он просто поднял и поставил на борт.
Я. У меня есть несколько секунд чтобы выйти с лодки, помочь подняться ей и намекнуть взглядом музыкантам, чтобы они не начали играть.
Я вижу их, смычок на изготовке и только ждет моей команды.
–уходите, не надо, пытаюсь объяснить глазами чтобы она не заметила. Должен признаться, это не так просто, выглядит будто играю в шарады.
Мр. Минд. (Первая скрипка) Это значит начинать? Не похоже на то. Подойти ближе? Опять не то. Шарады? Это, это парус, нет, нет, башенный кран. Мимо. А, вот оно…
Я. Они там с ума сошли, мой взгляд четко говорит, после стольких попыток «убирайтесь на верхнюю палубу, а далее и вовсе прочь с судна».
Мр. Минд.
–То есть не играть?! А деньги, нам хорошо заплатили, условный вопрос жестами.
Я. Поднимая Еву на борт, одной рукой держу за талию в обхвате, а второй рукой мне все-таки удалось показать кулак мистеру Минду, чёрт бы его побрал, делая вид что второй рукой тоже держу тебя.
Мр. Минд. Уже получая недоуменные взгляды квартета шепотом объявляет: мр. Гай сказал:
–друзья, мы передумали слушать музыку. Не соблаговолите ли вы, господа притихнуть на верхней палубе, а после тихонько отправится домой с ласковым попутным ветром.
Я. Именно так я и хотел сказать мистеру Минду.
Ты. Мы здесь совсем одни.
–Это свидание? Вопрос шуточный, полупрозрачный.
Я. Омг. Покраснел, И правда.
–получается так.
Ты. Накрыт стол, как все красиво и меня поедает мысль, что все это ради меня. Жутко неловко.
Я.
–Я приглашаю тебя на ужин.
Ты.
–При свечах?
Я. Я свечи не зажег.
–разумеется, дорогая! Пытаюсь зажечь свечи промокшей зажигалкой.
Ты. Как старается, мой Гай, отчаянный пират.
Я. На столе лежат спички, о хвала неизвестности! Справился.
Ты. Как же замечательно, как же в точку, не может быть ничего романтичнее, чем накормить голодную девушку после рабочего дня.