Помимо осветления кожи, пресса активно обсуждала изменившиеся черты лица звезды. Несмотря на заявления некоторых хирургов о том, что Джексон сделал несколько операций на носовой полости, а также на лбу, губах и щеках, Майкл в автобиографии 1988 года «Лунная походка» писал лишь о двух пластических хирургиях носа и создании ямочки на подбородке, а остальные изменения в собственной внешности объяснял «естественным взрослением» и вегетарианской диетой. Почти одновременно с этим в прессе мелькали утверждения, что к 1990 году Джексон перенес более десяти пластических операций — он явно не желал иметь ничего общего со своей расой и хотел таким образом стать белым человеком.
Но в 1998 году после встречи с артистом представители одного из американских таблоидов заявили об отсутствии следов пластической хирургии на его лице и публично принесли Джексону свои извинения.
Шумиха вокруг внешности заставляла страдать Майкла, тем более, что собственный внешний вид с юных лет заботил певца и он никогда не был им доволен полностью. «Поскольку вся моя жизнь была связана с шоу-бизнесом и карьерой, мне приходилось в юности все время вести упорную борьбу, но не со студиями звукозаписи и не в связи с выступлениями на сцене. В те времена наиболее серьезные схватки происходили перед зеркалом. Дело в том, что мой успех в значительной степени зависел от того, каким я предстану перед публикой», — писал он в «Лунной походке». Надо сказать, что еще в подростковом возрасте, к 14 годам, когда Майкл уже чувствовал себя ветераном сцены, ко всем его многочисленным комплексам прибавился еще один — прыщи. Раньше певец был очень общительным и мог легко сходиться с людьми, но после возникновения этой проблемы замкнулся в себе. Он не заговаривал с посторонними, а если этого нельзя было избежать, смущался и отводил глаза. Даже принимая ванну, он не включал свет, чтобы не видеть себя. И хотя через два года прыщи полностью исчезли, юноша так и не смог полностью избавиться от психологических последствий подросткового возраста. Одно из них — излишняя стеснительность. Вероятно, именно после этой юношеской проблемы Майкл начал очень дотошно следить за своей внешностью и чистотой окружающей его среды, что переросло в настоящую манию. Ее проявлениями стали знаменитая черная повязка на лице и панический страх перед микробами.
Еще в юные годы к этим комплексам добавилось сексуальное табу, царившее в семействе Джексонов. Пресекались все разговоры на эту тему, а если кто-то из братьев был замечен в компании какой-нибудь девушки, то папаша Джозеф устраивал грандиозный скандал, который всегда заканчивался рукоприкладством. Свое поведение отец объяснял тем, что женитьба братьев может помешать семейному бизнесу. И хотя Майкл уже давно стал взрослым и самостоятельным человеком, последствия такого воспитания наложили на его сексуальную свободу негативный отпечаток. Были ли у него половые контакты в юности и сопровождались ли они какими-либо проблемами, неизвестно. Но то, что в свой первый официальный брак певец вступил после 35 лет, тоже говорит о многом. Скорее всего, до этого накопившаяся в нем сексуальная энергия получала выход в музыке.
Словом в 1980—1990-е годы мировая пресса буквально бурлила разнообразными слухами о Майкле Джексоне, а его имя быстро обросло легендами и домыслами. Журналисты регулярно поставляли свежие сенсации. Про Джексона писали, что он прошел гормональный курс, чтобы сохранить юношеский диапазон голоса; что он принимает наркотики; что он спит в кислородной камере, чтобы замедлить процесс старения; не снимает перчатки и закрывает лицо марлевой повязкой, потому что боится микробов; что он купил для себя скелет Джона Меррика, человека-слона… «…B средствах массовой информации обо мне постоянно печатают странные вещи. Искажение правды задевает меня. Как правило, я не читаю то, что пишут, но частенько слышу об этом. Не понимаю, почему считают нужным выдумывать обо мне всякую ерунду. Наверное, если нет ничего скандального, нужно создать что-то интересненькое. Я даже немного горжусь тем, что, учитывая все обстоятельства, неплохо сумел справиться со всеми проблемами. Много детей, занятых в зрелищном бизнесе, пристрастились к наркотикам, губя себя: Фрэнки Лимон, Бобби Дрисколл, почти все дети-„звезды“. Я могу понять их пристрастие к наркотикам — ведь им с малых лет приходилось выдерживать огромное нервное напряжение. Это тяжелая жизнь. Немногим удается сохранять видимость нормального детства. Я лично никогда не пробовал наркотиков — ни марихуаны, ни кокаина, ничего. Даже и не нюхал. Забудем об этом. Я вовсе не хочу сказать, что мы не подвергались соблазну. Мы ведь играли в такое время, когда употребление наркотиков было обычным делом. Я не хочу выступать судьей — для меня это даже не моральная проблема, — но я видел столько судеб, разрушенных наркотиками, что не мог воспринимать их как игрушку. Я, конечно, не ангел, и у меня, видимо, есть свои плохие привычки, но наркотики не в их числе», — говорил Джексон.