Ну тут все сразу стало понятно. Красивая девочка влюбилась в красивого мальчика, но помолвлена с не красивым и вот в этот любовный треугольник она еще каким-то боком хотела затащить меня, чтобы я устранил угол некрасивого мальчика. Вот только, к сожалению для Розы, мне глубоко насрать. Тем более, что у нее нет ни одной юбки, а как я уже говорил, каждый военный мечтает о рыженькой школьнице. Если ты не рыженькая школьница, то я даже не стану заморачиваться о том, чтобы помочь тебе. Шутка. На самом деле, я бы мог вмешаться, но в таком случае Михаил оказался бы в моей тени. Мне куда проще потом поговорить с ним и решить вопрос так, чтобы все со стороны выглядело, словно это Миха белый принц, а я не при делах. Тем более, что такое вполне можно организовать. Учитывая обширность моих знакомств. Если надо, даже найдем военного священника и разорвем венчание, хотя так и нельзя делать. Вернее, простолюдинам так нельзя, а графам, очень даже можно. А то вдруг, жена сына не родит и умрет, а ты повенчан. Кто ж тогда дворянский род продолжит?
Розалии я в итоге так ничего и не сказал, лишь молча кивнул и пройдя к кабинету совещаний, зашел внутрь.
Как и ожидалось, прокурор был мужчиной полноватым. Дворянин, ему положено быть толстеньким, если он не военный конечно же. Директриса, сидела напротив и хмурилась. Их тихий разговор я сразу же прервал.
— Госпожа директор, Маркус Гекс по вашему приказанию прибыл, — решил включить внутреннего артиста, чтобы превознести эту старую усталую женщину в глазах мелкого дворянина. Пускай думает, что она и правда может командовать целым графом.
— Хорошо, господин Маркус, познакомьтесь, это господин вахмистр, Георгий Брынзов, городской прокурор, отец студента, с которым у вас с утра произошел конфликт, — директриса представила мне гостя. Тот приподнялся с места и вежливо поклонился.
— Для меня честь познакомиться с вами, господин Граф, — любезно произнес мужчина, а я сразу уловил хитрый взгляд. Штабист. Терпеть не могу штабистов.
Георгий скорее всего ни разу не выходил на дознания или полевые проверки и только и делал, что сидел у себя в кабинете и строгал обвинительные приговоры для простых людей, во всю пользуясь положением. Я таких бумажных крыс за версту чую.
— А для меня нет, товарищ вахмистр, изначально я думал, что ваш сын в принципе избалованный засранец, прикрывающийся своим отцом, но теперь отчетливо понимаю, что тут проблема от обратного. Здесь отец, старающийся прикрыть косяки сынишки и приучивший того к наплевательскому отношению к простолюдинам, — строго проговорил я, оставаясь у дверей.
— Вы смеете оскорблять прокурора? — удивился мужчина.
— Мне насрать кто ты, я и герцогов нахер слал, и как видишь, живой. Так что делаю первое предупреждение. Достань серебряную ложку из своей задницы и научись относиться ко всем одинаково. С вопросом дисциплины студента Брынзова я разберусь. А вот с твоей дисциплиной будут разбираться уже особисты, если ты продолжишь злоупотреблять властью, — я понятия не имел, реально ли Георгий занимается взятничеством и покрывательством, однако судя по его напряженному лицу, попал в самую точку. Прокурор маленького городка, тут и гадать не приходится. Вообще, понятия не имею, почему с утра я хотел позвать его для беседы. Видать его отпрыск так взбесил похмельного меня, что я чисто профилактики ради решил того припугнуть. Но да ладно, что у трезвого меня на уме, то у пьяного на языке. Мне уже не привыкать разгребать свои же косяки. Хорошо хоть никому в любви не успел признаться.
— Я вас понял, — наконец произнес вахмистр, явно задетый за живое.
— Вот и отлично, можете быть свободны. Если потребуюсь, можете взять мой номер у госпожи директора, — я наигранно поклонился и отправился прочь. От меня и так сейчас пивом пасет, не хватало еще, чтобы это засранец учуял.
На выходе из корпуса я пересекся с Розалией, которая удивленно на меня посмотрела. Видимо не ожидала, что я так быстро управлюсь.
— А ты тут чего отираешься? — поинтересовался, глядя на ее взволнованное личико.
— Хотела все же пригласить вас пообедать, вы же пропустили обед в столовой. Будем считать это изви… — смущенно пролепетала она, однако я сразу ее грубо пресек.
— Нет, я планирую отдохнуть, а потом заняться делами кафедры. Иди к своему Михаилу и лучше за ним поухаживай, а иначе я ему расскажу, что пока твой доблестный защитник валялся без сознания, ты звала его обидчика на свидание, — строго произнес и просто игнорируя ее, направился к себе в квартиру.