- Девушка, разве ж можно, одной в такую … - начал, было, Гоша и осёкся.
На него смотрела девушка из его юношеских грёз. Стройная, ростом почти по плечо Игорю, румяная от мороза, с настоящей рыжей косой. Особый шарм добавлял костюм снегурочки, сидящий ладно и привлекательно. Пола белой шубки едва прикрывала ножки одетые в узором вышитые сапожки.
- С утренника, что ли? – спросил он чуть грубовато, чтобы скрыть неловкость.
- С утренника, - чуть запнувшись, ответила девушка, - спасибо вам большое!
- Вас проводить? Мало ли что.
- Да нет, спасибо, за мной скоро приедут. А вы смелый … и сильный.
- Девушка, а давайте сходим куда-нибудь? – майор даже покраснел от смущения, - вот только переоденусь и пойдём.
Девушка с едва заметной улыбкой отрицательно покачала головой:
- Не получится, дел много.
Потом, чуть приподнявшись на цыпочки, мягко провела обеими руками по короткому ёжику волос. Мгновенно Игорю показалось, будто с его головы снимают шлем, тяжёлый и гудящий. Мир начал расцветать всеми красками. Неправда, что зимой есть только белое и чёрное. Вон ярко-алые снегири, рябина, ярко-синий шарфик и голубые до умопомрачения глаза напротив. И руки странные. Мягкие, они обдавали жаром и леденили одновременно. Внезапно ему стало жарко. Девушка оглянулась:
- Ну, вот. За мной приехали. А это Вам на память.
Она быстро сунула что- то в руку Игорю. Он посмотрел на свою ладонь. На ней лежал шарик. Чуть больше перепелиного яйца. На ощупь мягкий как резина и вместе с тем твёрдый и тяжёлый. Мутно-прозрачный, но в нём постоянно вспыхивали и пропадали разноцветные искорки, слетаясь к центру и разбегаясь, образуя запутанные хороводы.
- Когда у Вас будет Самое Главное Желание, загадайте и крепко сожмите его.
Снегурочка приподнялась на носки и легонько поцеловала его в губы. Поцелуй ожёг, ударил в голову фонтаном счастья и покоя. А потом тишина и пустота…
- Игорёха, вставай!
- Вставай, подлый трус!
В дверь настойчиво стучали и звонили. Кричали и смеялись женские голоса и мужские. Потом, сильный бас, кажется, Воронова, пробубнил:
- Ша, ребята, хватит! Если он ещё не вернулся, сломаем дверь, получим трандюлей от него. Если он спит, то после вчерашнего его лучше не будить, получим трандюдлей. Так что, пошли, сам потом придёт.
Голоса весело подвывая и вспыхивая искорками смеха стали удаляться. Игорь лежал на кровати с закрытыми глазами. Такой сон испортили, засранцы! Или это не сон? Он мечтал о ней всю жизнь. И холостяком остался именно из-за неё. Она училась двумя классами старше. И на малявку не обращала никакого внимания. А он верил, что встретит её когда-нибудь. Героем, с медалями. И она скажет «да». Но, время шло. Вот уже и пенсия подкралась, правда армейская, но всё же. А её нашёл только вчера. Он медленно открыл глаза. Обвёл глазами комнату. Странно. Комната сияла строгой чистотой старого холостяка-офицера. Он рывком поднялся и сел на кровати. Голова не болела, пить не хотелось. Вместе с тем он совершенно не помнил, как пришёл вчера, или сегодня? Когда он приходил после «загула», комната носила на себе следы отбуянившего торнадо. Головка бо-бо, в ротике кака. Спал в одежде. И начисто пропадали детали от «бутылка водки – одним глотком» до пробуждения. Солнечный луч, бьющий меж занавесок, падал на аккуратной стопкой сложенные вещи. Повинуясь выработанной привычке, Игорь начал одеваться. Рука нащупала в кармане что то тяжёлое. На ладони лежал шарик, полупрозрачный, чуть больше перепелиного яйца. Он зажмурился загадал то самое, Самое Главное Желание и крепко, что есть силы сжал и сжал его.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов