Палящее солнце над головой. В небо поднимаются густые клубы дыма от горящей позади деревни, подожженной немецкими снарядами.
- Командир! – окликнул капитана Тимофеева один из подчинённых, но тот и сам видел приближающуюся бронетехнику. Офицер прильнул к биноклю. Железные чудовища медленно двигались по ровному полю. Впереди массивный танк с длинной пушкой. Такой Александр видел только в специально изданной брошюре. «Тигр»! Тимофеев оторвался от полевого бинокля и посмотрел на своих людей. Артиллеристы застыли у орудий, ожидая сигнала.
У одного из немецких танков, шедшего справа от гиганта, слетела гусеница, сбитая взрывом противотанковой мины. Раненая машина по инерции развернулась на уцелевшей гусенице боком к артиллеристам и застыла. Остальные танки двигались вперёд.
- Огонь!
Заговорили советские орудия. Раненый танк получил попадание в борт башни. Ещё одно. Взрыв! Железные чудовища огрызались. Рявкнуло орудие «Тигра». Один из расчетов Тимофеева исчез в разрыве снаряда. Искалеченная пушка подскочила на месте. По траве покатилось оторванное горящее колесо противотанкового орудия.
От близкого разрыва в ушах зазвенело. Капитан упал на колени и бессмысленно посмотрел на лежащую в траве каску. С большим трудом артиллерист поднялся на ноги. Орудие было цело, но молчало. Рядом с ним истекал кровью один из солдат. Александр перевернул его на спину. Неподвижные глаза устремили взор к небу. Погиб. На негнущихся ногах офицер подошёл к пушке. Поймал немецкий «Тигр» в прицел. Огонь! Выстрела не последовало. Казенник пуст. Пошатываясь офицер дошёл до зарядного ящика. Снаряд казался совершенно невесомым. Голова предательски кружилась. Пот ручьём струился по лицу. Дрожащими непослушными руками зарядил противотанковое орудие. Отёр раздражающий пот рукавом гимнастерки. Кровь… По лицу стекал теплый красный ручеек. Капельки крови скользили по лицу и падали на гимнастерку или в траву. Надо стрелять. Нельзя дать фашистам пройти. Артиллерист подошёл к молчащему орудию, перешагнув через неподвижное тело одного из подчиненных. Поймал в прицел массивную башню «Тигра». Так, хорошо. Немного пониже. Прямо под башню. Выстрел! В ушах зазвенело ещё сильнее. На мгновение капитану даже показалось, что что-то взорвалось у него в голове. Тимофеев выглянул из-за изрешеченного осколками железного щита орудия.
Чудовищная тяжелая башня «Тигра» валялась в нескольких метрах от горящего шасси танка.
- Гори, зверюга, го…
Рядом разорвался снаряд. Александр почувствовал горячее дыхание смерти, грозившее опалить его лицо. Ноги подогнулись. Что-то острое угодило в бок. Левая рука неестественно изогнулась. Тимофеев оглянулся в сторону снарядного ящика. Нельзя! Нельзя! Надо продолжать вести огонь! Почему так стемнело? Уже ночь? Как же холодно…
Александр с трудом поднял веки. На лицо падал тёплый луч света. Белый потолок. Как странно. Где он? Может умер? Тогда почему так хочется пить. Нестерпимая жажда… Тимофеев поднёс к лицу левую руку. Она была аккуратно перебинтована. Пальцы на месте. Офицер коротко усмехнулся и пошевелил ими.
- Ой! А вы уже в себя пришли? – раздался над ухом звонкий девичий голосок.
- Пить… - девушка поднесла к истрескавшимся губам металлическую кружку. Мягкая рука приподняла голову. Тёплая вода скатилась по языку в измученное горло. Первые несколько глотков вышли слабыми, но уже через пару мгновений артиллерист почувствовал себя живым. Он отстранился от кружки и закашлялся. Девушка поправила под его головой подушку.
- Вы ангел? – Александр слабо улыбнулся наклонившейся над ним медсестре. Светлые волосы, падающие на плечи. Голубые глаза. Нос с небольшой горбинкой. Девушка смущенно пожала в ответ плечами:
- Нет. Ангелов не существует.
- А. Точно, - Александр попробовал посмотреть по сторонам. Но шея протестовала, наливаясь болью. Наконец, артиллерист сдался: - Где я, сестричка?
- В госпитале, конечно, где же ещё? – девушка обернулась к соседней койке.