–Не останусь ни на миг здесь.
–Ясно.
Мы подошли к школе, чему я была очень рада. Время перед дискотекой было не самым лучшим для откровенных разговоров. Настроение было так себе, я краем глаза увидела свое отражение в зеркале. Дааа, ничего не скажешь, медведь на комариных ножках. Может, уйти, пока не поздно. Что я несу? Уже поздно, поздно. Ирка тащит меня в столовую, откуда уже разносится бодрый голос Анастасии Семеновны:
–Ребята, этот танцевальный вечер посвящен выпуску 9 и 11 классов нашей школы. Поаплодируем друг другу! Желаю вам повеселиться от всей души, но помним о безопасности. Окна не открываем. На второй этаж не ходим. Костры в здании школы не разводим.
Анастасию Семеновну проводили радостно и настойчиво жидкими аплодисментами.
Мы вошли в столовую. Над украшением зала никто особо не заморачивался, благо что обеспечили темноту и ненавязчивую светомузыку. В темноте лучше, даже интересно. Музыки пока нет, толпа ревет. Пытаюсь выхватить знакомые лица. Данил. Танька. Оганесян. Еще парочка знакомых. Громко раздаются знакомые биты, толпа заревела еще сильнее:
–Оу, оу, ей, ей… -
Толпа дружно подхватила следующие слова:
–.... ХОЧЕТ ДЕНЕГ!
Еще раз с тоской посмотрела на открытую дверь. Пойти в туалет? Сбежать? Умереть? Это были странные чувства. Но кому я могла сказать, что на дискотеках я ни разу не была, и даже на домашних? Ирка, кажется, знала правила игры, но откуда? Она никогда не рассказывала мне о том, что куда-то ходила. Люди, скорее, дергались, чем танцевали. Много смеялись. Ирка начала трясти своей попой рядом с моей. Что-то подсказало мне, что я должна повторять за ней. Было дико неловко, но я повторяла. Мимикрия спасет мир. Спасет меня. Потом я поняла, что трясти попой необязательно, можно танцевать отчужденно, используя только жесты и мимику. Этот вариант мне подходил больше. И некоторые девчонки даже стали повторять за мной. Это был успех, несомненно. Краем глаза я наблюдала за Иркой, видит ли она то, как классно я танцую. Но Ирка уже болтала с Данилом, точнее не болтала, а что-то кричала ему на ухо. Они смеялись. Неприятно. Но ничего, я буду просто танцевать, ей вовсе не нужна моя помощь. Всё у нее хорошо. На какое-то время я забываю обо всем, увлеченная своей пантомимой. Странные чувства. Танцевать классно! Не буду теперь избегать случая потанцевать!
–Медлячооок, чтобы ты заплааакала, И пусть звучат они все одинааааково… – о, нет, кажется точно пора в туалет, нет ничего хуже медляков. Я уже было развернулась к выходу, но увидела, что ко мне целенаправленно идет Данил. Господи, зачем так стремительно идти на меня? Я не могу уйти от этого! Тем более мы встретились взглядами. Кошмар. Он напротив меня. От него пахнет мятой и менен спид стик. Боюсь опустить глаза. Он смотрит прямо на меня. Сверху-вниз. Наклоняется к моему уху и берет за кончики пальцев:
–Можно?
–Я, я, мне надо выйти… да, надо…
–Да брось, это просто медляк, не заморачивайся, – тону в этом липком шепоте, Ирка, где ты? Спасай меня, подруга! Он бережно, но крепко обхватывает мою талию, я кладу руки ему на грудь, я не достаю до плеч. Боже, как бьется его сердце. Он тоже волнуется. Он как я. Не замечаю, как заканчивается песня. Всё как в тумане. Кажется, он уже бреется, я не думала, что он такой взрослый.
Уже играет Клава Кока, а я нелепо стою посреди зала, меня периодически задевают другие люди, будто ничего не замечая. Данила рядом уже нет. Боже, я ужасный человек. Ира, как она? Надо ее найти. Нет, не надо, она сама идет ко мне. Она… улыбается, почему?
–Женя, ну что? Как?
–В смысле?
–Пойдем выйдем, тут невозможно разговаривать.
Мы вышли через запасной выход на улицу. Начинало смеркаться. Пахло сиренью. От этого запаха хотелось быть чище, добрее. Время будто стало теплым, тягучим.
Ирка начала первая:
–Ну что, вы теперь с Данилом встречаетесь?
–Ира, прости меня, нет! Он сам подошел, я растерялась. Но я должна сказать тебе, что он мне нравится! Да! Но я не буду мешать вашему счастью!
–Женя, ты такая дурочка! Да не сдался мне твой Данил! Но вы же друг к другу не подойдете! Один страдает, спрашивает, есть ли у тебя парень; другая делает вид, что знать ничего не знает. Я ему уже все места сказала, где ты бываешь, а он такой тормоз, что он там тебе наговорил?! И если бы я его на слабо не взяла, он бы так тебя и не пригласил на медляк! Ну так что? Теперь то всё топчик?!
Трудно описать то, что почувствовала в тот момент. Горечь. Ничтожность. Будто пелена спала с моих глаз. Как она могла? А главное, ЗАЧЕМ??? Моя подруга. Я как игрушка для нее. Помощница. Удружила. Мне такие подачки не нужны! И этот идиот не нужен. Тюфяк! А Ирка больше не подруга мне! До свидания. Собственно это всё я ей и сказала. Вслух. Ирка обиделась и ушла, на прощанье сказав, что мы два дурака (она употребила более едкое слово, но я не стану его писать), и чтобы мы дальше разбирались сами, без нее.