После кровавых событий времён Хмельничины, Малороссия – Левобережная Украина, отошла к России, а вместе с ней и Киев. В то время в нём была большая еврейская община с хорошо развитой этнической культурой, но их всех до единого изгнали из города. Правобережная Украина, несмотря на стремления казаков к самостоятельности, в жертву которому были принесены тысячи еврейских жизней, осталась за Польшей ещё на 139 долгих лет.
Еврейские поселения восстанавливались крайне тяжело. Польские короли, желая помочь их развитию, даровали отсрочки от уплаты налогов, но любой депутат сейма из-за каприза или непримиримости к евреям, мог наложить «вето» на решение короля и доброе начинание сводилось к нулю. Трудно себе представить в какой неистовой атмосфере ненависти жили евреи. Эту ненависть и презрение к ним с младенчества воспитывало у поляков духовенство, внушая прихожанам, что сегодняшние евреи, это всё те же «потомки» тех, кто якобы в прошлом распяли Христа. Евреев, раз за разом, продолжали обвинять в выдуманных ритуальных убийствах, проводить судейские процессы со страшными пытками и публичными казнями и толпа в это верила. Налоги на еврейские общины были непосильными, их преследовала нужда и погромы, им позволяли существовать только потому, что они были источником дохода. Папа, твой покойный дедушка, был большим любителем истории, к тому же, обладая незаурядной памятью, он неутомимо пересказывал нам этот, полный боли и потерь, еврейский эпос.
-Так вот в кого я тоже люблю историю- внимательно слушая мать, воскликнула Майя.
-Солнышко, у всего есть своя предыстория. Прошло столько лет, а мне чудится, словно это было вчера, когда в холодные, зимние вечера мы всей семьёй грелись у огня и с интересом слушали папу.- продолжала Эмма- О том, как двадцать долгих лет длилась Северная война между Россией, Польшей и Швецией и страданиям еврейского народа не было конца, их грабили и убивали, как солдаты, так и казаки; как паны, помня уроки прошлых бунтов, побаивались холопов, а еврея – нет, он был совершенно беззащитен. Его за неуплату аренды и других налогов, можно было сгноить в тюрьме или к примеру, забрать и крестить детей, что в глазах несчастного было наказанием хуже смерти, так, как считалось предательством Богу.
По словам папы, всем в Польше заправляла спесивая шляхта. К ХVIII веку королевская власть в стране не стоила ломаного гроша. Непонятно, каким странным образом это государство существовало столько лет, но как принято говорить, « держалось беспорядком». Крестьяне, в своей огромной массе, были безграмотны, жили в нищите, легко поддавались влиянию, так же легко верили в несусветное и ненавидели евреев. Бунтуя против бремени шляхты, они объединялись с казаками и прочими беглыми, в отряды так называемых гайдамаков, нападали на усадьбы, корчмы, местечки всегда с одним и тем же лозунгом: «Дана воля грабить и убивать жидов и ляхов!» и повсеместно следовали ему.
Как-то, покончив с делами и усевшись с вышивкой у печи, моя мама поведала нам семейную историю своего рода, уходящую корнями именно в те, описанные папой, времена. Потеряв в одном из таких гайдамацких бунтов жену, старшую дочь и всё имущество в сгоревшем доме, наш далёкий предок, ювелир Авраам Шем-Тов, приехал вместе с тремя дочерьми, в небольшое местечко Лысянка, расположенное на реке Гнилой Тикич, поближе к своей сестре Брухе. Городок в то время принадлежал князю Яблоновскому, который построил в нём замок окружённый валом и деревянным частоколом. Младшей дочери вдовца, Хане, было всего 4 года и она была предоставлена заботе старших сестёр. Кагал принял погорельцев и помог найти временную крышу над головой.
-Мамочка, что такое кагал?- заинтересованно спросила Майя.
-Каждая еврейская община, в Польше того времени, управлялась кагалом. Он решал все вопросы внутренней жизни; платил бесчисленные налоги, которые возлагались на всю общину; держал ответ перед правительством и остальным населением; вершил суд в тяжбе между евреями. Возглавляли кагал 3, иногда 5 старейшин, почтеннейших людей, которые присягали на верность королю и государству. Чтобы честно вести дела, раз в месяц, они менялись между собой и эта должность так и называлась парнас га ходеш, парнас на месяц. Духовным наставником общины избирался раввин на 6 лет. Многие кагалы, из-за бесконечных бед свалившихся на голову евреев, были так бедны, что не могли платить налоги и вынуждены были занимать деньги у монастырей под большие проценты. Кагал подчинялся все-еврейскому вааду.