Скомкано поблагодарив его, девушка открыла коробку; внутри оказалось несколько пирожных – тех самых, что она так любила. Наверняка ради них он лично ходил к поварам, выкроив для этого время в своем и без того плотном графике.
Ёува ещё раз скользнула по нему взглядом: верхняя пуговица на его рубашке была расстегнута, обнажая притягательную шею, волосы в прическе лежали небрежной волной, – как не похож он был на того собранного юношу, кем был ещё недавно. Возможно, укротив короля Самиля он, наконец, почувствовал вкус власти и освободился от сковывающего напряжения?
Кай улыбнулся, наблюдая за её взглядом.
— Прости, что ворвался без приглашения, – произнес он, отчего-то чувствуя себя навязчивым вторженцем. – Клянусь, меня никто не увидел, а твоя служанка вообще приняла за пажа.
— Не сердитесь на Сетунью, она сильно близорука, – Ёува напомнила себе, что должна держать дистанцию, но эта мысль не успела как следует закрепиться в её голове. – Но если бы вы были моим личным пажом, я бы попросила, чтобы вы налили мне чаю к этим чудесным пирожным.
Кай выдохнул – наконец, она оттаяла.
— Что ж, как пожелает, госпожа Дювей.
Наблюдая, как он направляется к маленькому столику с чайными принадлежностями, Ёува была готова придушить себя за несдержанность и неумение противостоять собственным импульсам. Зачем она снова втянула его в эти словесные игры вместо того, чтобы выставить за дверь?
— У тебя уже налит чай, – Кай указал на чашку, что принесла служанка.
— Этот уже остыл.
— Ещё теплый.
Ёува подошла к нему совсем близко и забрала чашку из его рук:
— Располагайтесь, Ваше Величество, я сама вас угощу.
Кай покорно разместился в кресле у камина, внимательно наблюдая за действиями девушки: за тем, как она осторожно подвешивает чайник к огню, чтобы подогреть; за тем, как аккуратно отмеряет ложкой чернолистник для заварника; за тем, как расставляет перед ним на столике баночки с мёдом и чашки, – со стороны это казалось настоящим искусством.
Ёува ощущала на себе его взгляд, но не ни разу не подняла глаза, пока он не спросил:
— Что было в том чае?
Юноша явно интересовался не о недопитом ею напитке. Теперь стало ясно, зачем он пожаловал – он хотел узнать о чаепитии, которое устроила для него Ноэлия. Получается, пирожные были подкупом в обмен на информацию? Ёува улыбнулась, такое развитие отношений с императором её вполне устраивало.
— Простите, должно быть, я ввела вас тогда в заблуждение своей бурной реакцией. – Она потянулась за подогретым чайником. Кай продолжил пристально следить за ней.
— Так ты не думаешь, что Ноэлия пыталась меня чем-то опоить? – прямо спросил он.
Ёува изумленно вскинула брови.
— Скорее я беспокоилась о вашем желудке, поскольку увидела, что в заварке плавает кора крушины. Императрица так старалась впечатлить вас своими бытовыми навыками, что не потрудилась даже поинтересоваться для чего это средство. – Ёува подала Каю чашку и улыбнулась. – Выпей вы такой настой, какое-то время совету пришлось обходиться без вас.
Когда Кай выходил из покоев Ёувы, на его лице играла задумчивая улыбка. Он никому не доверял, но хотел думать, что на эту девушку может положиться. Она выделялась из общей массы окружающих его людей своей естественностью и прямолинейностью – эти черты были ему по душе. Всё то время, что длился их разговор, Каю пришлось напоминать себе, что он ни в коем случае не должен поддаваться и пересекать черту, за которой их отношения могли навсегда переменить свой дружеский облик.
— Ваше Величество?
Кай повернулся, застав перед собой старшую прислужницу Ноэлии. Веста с изумлением осмотрела его с ног до головы, сложив его вольный внешний вид с выходом из покоев прислужницы не в самую благопристойную картину. От такой неслыханной наглости юноша чуть не растерялся, будучи расслабленным после приятного разговора.
— Что вы здесь делаете?
— Кажется, это я должен спрашивать, что ты здесь забыла? – Холодно заметил он.
— Я хотела проведать подругу и убедиться, что она ни в чем не нуждается.
Веста нервно сглотнула, увидев, как он усмехнулся её лживым словам, она подумала, что не стоило так откровенно лгать императору.
— Я снимаю с тебя эту обязанность. Я уже обо всём позаботился.
Девушка удивленно уставилась на него маленькими темными глазками – в этот момент она напоминала назойливую мышь, которая вдруг встрепенулась и осмелела.
— Императору не подобает, уделять столько времени прислужнице Её Величества! Я считаю это недопустимым!