Ещё Ноэлия отправила отцу весть с требованием объяснить состав договора, который тот заключил с Каем. И даже успела получить от него ответ с какими-то жалкими оправданиями, будто всё это было сделано ради её блага, но при этом он никак не прокомментировал, по какой причине запихнул её мать в темницу, учитывая, что свобода ей была дарована самим императором. Ситуация казалась скверной, но Ноэлия была уверена, что вскоре всё разрешится само собой. Мать не пропадет – отец сменит свой гнев на милость, и не важно, чем та расстроила его. “Он всегда был мягкотелым тюфяком”, – часто повторяла сама Эвет. Теперь Ноэлия сама убедилась в этом: в политических вопросах её отец вечно искал перед кем склонить голову. И лучше уж перед Империей, чем Артгаром. Поэтому она нисколько не была в обиде на Каина за то, что тот использовал слабость короля в своих интересах. В отличие от её отца, её муж намертво хватался за решение проблемы – он мог казаться жестоким, но таким и должен быть император!
Кай в этот момент сидел за бюро, выставленным у окна, и сосредоточенно заполнял государственные документы под тихую диктовку Дамиана Деваля. Пользуясь моментом, Ноэлия часто поглядывала на него, проходя томным взглядом по линии широких плеч.
Что касаемо главной проблемы – Ёувы – пока та находилась под присмотром стражников, было слишком опасно действовать, чтобы не выдать своей причастности к расправе над ней. Но когда-нибудь этой дряной девчонке придется покинуть свои покои, и тогда Веста сможет довершить свое дело до конца. После того, как Ёува сгинет, Кай быстро её позабудет, размышляла Ноэлия, потому что она сама всё время будет рядом с ним – она станет его утешением.
— Не озаботиться ли нам приготовлением к празднику Новолетия?
Голос Тэй выдернул молодую императрицу из грёз. Маленькая прислужница чуть ли не больше остальных была обеспокоена тем, что император не объявляет подготовку к празднику.
После её слов, все хором обратили свое внимание к занятому письмом Каю.
— Кхм, – кашлянул Кам-Деваль, стараясь привлечь его внимание, – Ваше Величество, хочу напомнить, что только вы можете дать позволение начать подготовку к сему важному дню!
— Не могу сейчас думать о такой ерунде. – Отозвался юноша. Все его мысли были заняты грядущей войной с Артгаром.
— Но в этом году праздник особенно важен. Как вы помните, каждые триста пять лет уходящая эра сменяется новой, и кто, как не император, должен ознаменовать это великое событие?
Кай отвлекся на секунду, понимая, что от него не отстанут.
— Моего слова начать подготовку будет вам достаточно?
— Слава Айне, – улыбнулся старик, одарив сидящих перед ним императрицу и прислужниц желтозубой улыбкой.
— Я могу взять на себя все основные хлопоты! – сразу заявила Ноэлия. – Тебе не нужно ни о чем переживать, Каин, я всё сделаю в лучшем виде.
Она замерла, нервно прислушиваясь, к тому, как остановилось его перо, шустро снующее по пергаменту.
— Воля твоя, – одобрил Кай, а про себя он подумал, что занятость Ноэлии сыграет ему только на руку.
Девушка радостно выдохнула – он таки не намеревался её повесить! По крайней мере, не сегодня. Она довольно просияла и добавила ещё один аккуратный стежок к своей вышивке.
— Всем нам нужна небольшая передышка, – старчески вздохнул Кам-Деваль.
— Как думаете, сколько гирлянд понадобится, чтобы украсить большой тронный зал? – поинтересовалась у него Ноэлия.
— Ох, Ваше Величество, вы не того спрашиваете.
Неожиданно в разговор вступил молчавший до сих пор Дамиан Деваль.
— Каждый год императрица Идет украшала зал белыми цветами. За счет этого казалось, будто весь дворец заполнялся первым снегом.
По его описанию Ноэлия ярко представила, как в сам праздник Новолетия, будет парить с Каином в танце среди всех этих цветов.
— Отлично, дядя, – подключился Кай, – вы описали ровно то, что я меньше всего хочу видеть в этом году во дворце.
— Белые цветы уже стали традицией, Каин.
— Отсутствие фантазии не есть традиция, дядя.
Дамиан хмуро сдержал недовольства.
— Вы все так хотели, чтобы я принял участие в подготовке к празднику, так вот, таково моё пожелание: в этом году я не хочу видеть во дворце ни одного белого цветка. Лучше вообще без цветов, иначе мы разорим казну, а в наши планы сейчас и так включены большие траты.