— Ваше Величество, как же тогда нам украсить дворец, – обеспокоился Кам-Давль.
— Уверен, Ноэлия превосходно справится с поставленной задачей. Посмотрим, какие фокусы припрятаны в её рукаве.
Отвлекшись на его слова, императрица кольнула себя в палец вышивальной иглой. Веста тут же дернулась к ней, подать платок, но та отмахнулась.
На следующее утро Ноэлия развела во дворце активную деятельность. Задача была не из легких, но она была обязана справиться!
— Немедленно зовите церемониймейстера! – требовала она у одних слуг. – Несите мне все альбомы с эскизами! – приказывала другим. – Я должна знать о том, как украшался дворец к Новолетию на протяжении всех последних столетий! – Ей так же приходилось держать оборону перед декораторами, которые буквально умоляли её добавить в интерьер хоть немного зимних пионов. – Нет! Нет! Нет! – стояла она на своем. – Всё должно быть согласно пожеланиям императора!
Такой важной она себя ещё никогда не ощущала.
Пока Ноэлия зашивалась, проводя главную работу в залах, Веста обходила коридоры, раздавая слугам указания от её имени. Везде уже были растянуты длинные мотки стеклянных гирлянд, которые на время праздника должны были стать пристанищем для тысяч свеч.
В одном из коридоров Веста увидела Ёуву – та помогала одной из служанок, обрамлять арку гелейским веточным плетением. Глядя на неё, старшей прислужнице так и захотелось взять “успокоительное” зелье, что дала ей королева, и влить его девушке прямо в глотку. Вот только свидетелей было многовато. Пока она могла лишь насолить ей, дав более трудоемкое задание – чтобы жизнь маслом не казалась.
Веста уже было направилась в сторону Ёувы, как перед её носом из небольшого примыкающего к коридору зала вынырнула широкая мужская спина и, опередив её, проследовала прямо к аирской прислужнице. Веста тут же шмыгнула за ближайшую колонну и высунула из-за неё любопытный нос, желая понаблюдать за развитием событий.
— Отрада для глаз смотреть, как трудятся столь прекрасные создания.
Ёува обернулась и оторопело уставилась на представшего перед ней эмидейского принца; руки её выпустили тяжелое гелейское плетение, и оно рухнуло на пол, потянув следом за собой служанку прямо с верхней ступени стремянки. Мужчина сумел вовремя подхватить падающую девушку, подпрыгнув к лестнице, словно ловкий кот – по виду, та казалась перепуганной, но зла на неосторожность Ёувы точно не держала.
— Позволите мне поучаствовать в столь увлекательном процессе? – заигрывающе спросил принц, глядя пойманной им девушке прямо в глаза, но было ясно, что обращался он не к ней.
Ёува лишь с жалостью взглянула на служанку, которая смотрела на своего спасителя так, словно тот являлся каким-то неземным божеством.
— Кажется, я был груб и не представился, – сказал принц, опустив девушку на землю – та сразу перестала для него существовать, теперь всё его внимание целиком и полностью принадлежало Ёуве. – Меня зовут…
— Я знаю, кто вы. Принц Джезим, – прервала та, добавив с едким акцентом: – Ваша слава, мчится впереди вас.
Джезим нисколько не удивился такому холодному приему, скорее позабавился, поскольку при всей своей спеси Ёуве пришлось выдать ему почтительный поклон – того требовали правила приличия.
Веста всё это время наблюдала за ними со стороны – слов она не слышала, только видела, как Ёува отдает почести эмидейском принцу. “Бесстыдная девка, – подумала она, – так и норовит покрутить перед кем-нибудь хвостом!”
— Раз обо мне всё ясно, – легко произнес Джезим, – я с нетерпением жду, когда представится моя любезная собеседница.
— Почему-то я была уверена, что вы покинули дворец после Совета, – вместо ответа выдала Ёува.
— Ну, ещё бы, когда же прекрасной особе смотреть по сторонам на принцев, если она занята флиртом с самим императором? – хмыкнул он.
Ёува вскинула горделивый подбородок.
— Прошу меня извинить. Я должна вернуться к делам.
Она развернулась и хотела пойти прочь, но принц-ину был по-тигриному ловок и тут же снова возник перед ней, игриво подергивая звериными ушами.
— Неужели я попал в точку? Мне нравится, как вы, женщины, подогреваете к себе интерес своей неприступностью. Южанки более сговорчивы – от того и скучны. – Джезим явно забавлялся, наблюдая, как Ёува упорно старается увильнуть от него. – Ты могла бы сразу сказать мне своё имя, но вместо этого предпочла игру.
— Если я скажу вам его, вы отвяжитесь?
Такое обращение прислужницы к титулованному господину кого угодно при дворе подвергло бы в ужас, но только не Джезима. Он расплылся перед ней в заискивающей улыбке, как бы говоря, что не может ничего обещать.