— Каин, – она не сразу собралась с мыслями, – что это вы тут устраиваете? Разве может император утруждать себя подобной работой? – она зыркнула на Ёуву бесстыдно стоящую подле её супруга, затем на него самого. Её тут же охватила злоба, и последние остатки спокойствия сползли с лица. – Путаясь с прислугой, ты выставляешь меня перед всеми посмешищем!
— Ноэлия, – Кай набрал в лёгкие воздуха, чтобы отчитать её, но ему стало лень тратить на это свое время, – надеюсь, ты успеешь закончить всё к празднику.
Когда он ушел, юная императрица вышла из оцепенения и вцепилась в Ёуву хищным взглядом.
— Чтоб тебе провалиться! – прыснула она.
Девушка высоко подняла голову и посмотрела на Ноэлию, как на равную себе. Предел надменности, которую она могла сносить с её стороны, был исчерпан.
— Невежливо так обращаться с той, кто знает о вашей омерзительной попытке приворожить императора.
Ноэлия вся побледнела и затряслась так, что запрыгали её золотые кудряшки. Хорошо, что рядом с ними никого не было – Тэй и Лиена уже были заняты делом в другой части зала.
— Значит, я верно полагала – флакон у тебя! – прошипела Ноэлия.
Ёува чуть нахмурилась, но ответила утвердительно.
— Как думаете, что сделает император, когда обо всём узнает?
“Может, хоть это немного усмирит её нрав?” – подумала девушка.
Ноэлия без слов указала прислужнице пальцем на выход из зала – та не стала возражать против своего изгнания – это значило, что сегодня у неё останется больше времени на уход за садом.
Веста вбежала в большой зал с пылающими щеками. Оглядев публику, она нашла императрицу и двинулась к ней. Она хотела извиниться за то, что задержалась, но Ноэля тут же перебила её.
— Я хочу, чтобы она умерла, Веста! Хочу, чтобы её постигла самая мучительная смерть!
— Что на сей раз сотворила эта девчонка?
— Она призналась, что флакон у неё! Представляешь? Кинула мне это прямо в лицо! – Ноэлия старалась говорить тише, сжимала зубы, смыкала губы, но с них то и дело срывались истеричные писки. – Когда ты сможешь выполнить обещанное?!
— Она призналась? Сама?
— Веста, ты что, меня не слушаешь? – теряя терпение, воскликнула Ноэлия. – Где витают твои мысли?
Веста покраснела ещё сильнее, но тут же вся собралась.
— Она упомянула, что сообщила об этом императору?
Тут Ноэлия резко перестала истерить.
— С её слов выходит, что пока он ничего не знает…
— Тогда что, если мы пока оставим расправу над ней? Травить её сейчас, только наводить на себя подозрения.
— Что ты предлагаешь?
— Попробуем обернуть эту ситуацию против неё.
Глава 7. Битва при Кеоке
Поселение Кеока
В таверне “Король под Солнцем” было не протолкнуться – в ней собралось почти всё население Кеоки.
Окруженная шумной толпой, Майя одеревенело приросла к стулу и старалась не привлекать к себе лишнее внимание. Негодования беглых так раскалили воздух, что у нее начали гореть щеки. Все отчаянно пытались понять, кому понадобилось обрекать целое поселение на незаслуженные страдания. Версии были разные, но в первую очередь общественные обвинения ополчились против императора – кто, как ни наследник кровавых политик Ордея, мог пожелать снова открыть охоту на мару? Майя изо всех сил кусала губы, чтобы не кинуться на защиту названного брата с оправданиями, которых почти не было, ведь ненависть Кая к магическому миру была для неё известным фактом. И всё же она не считала, что он способен на подобные зверства. Одно дело наказывать мару, нарушивших границы Аира, а другое – ополчаться против целого народа. Но вряд ли к её доводам стал бы кто-нибудь прислушиваться, особенно сейчас, когда люди извергали в сторону аирцев самые жуткие проклятия.
Майя поймала на себе предупреждающий взгляд Кей, напоминающий об осторожности, и перестала кусать губы. Она не сомневалась – узнай местные о её принадлежности к императорской семье, они расправятся с ней прямо на месте. Селянам не нужен был справедливый суд. Сейчас они желали лишь выместить на ком-то гнев от перенесенной боли из-за потери близких.
Еще до того, как в таверне организовали общий сбор, была предпринята попытка отправить гонца за помощью в соседнее поселение. Один отчаянный смельчак из местных рискнул высунуться за пределы оборонительной стены, уверенный, что сможет прорваться на коне сквозь разномастную стаю заражённых животных, но не преодолел и пятидесяти ярдов, как конь сбросил его и в страхе умчался в лес. Если бы не Кей, которая на всех айдарских скоростях метнулась ему на выручку, гонца бы, без сомнения, растерзали бешеные звери. Сама наемница тоже чудом избежала заражения. Нужно было видеть лицо Аза, когда волчьи зубы клацнули в дюйме от её бедра – взгляд его в тот момент был переполнен окаменелым напряжением. Когда Кей вернулась обратно на смотровую, он не сказал ей ни слова. Что ни говори, а в сдержанности наемникам не было равных – они, как никто, понимали, что каждый может в любой момент найти смерть, и принимали это, как должное.