— Как давно это случилось?
— Слишком давно.
Ен взял паузу, чтобы отойти от этой темы. Он осмотрел край улицы, выглядывающий из-за угла таверны, где оранжевое пламя факела играло с ночным ветерком, создавая живые тени на дощатой стене дома.
— Я жил здесь когда-то, – внезапно продолжил он.
— В Кеоке?
— Что тебя удивляет?
— Я думала, ты из Артгара.
— Никогда не считал его своим домом.
Наемник снова оглянулся на улицу. Майя наблюдала за тем, как он задумчиво потирает знак нексуса на своей ладони.
— В те времена многие мечтали, что на месте этого поселения вырастет настоящий торговый город.
“В те времена?”
— Ты имеешь ввиду – до пришествия агмару? – осторожно спросила Майя.
Он кивнул, подтвердив некоторые её мысли, требующие ответа.
— Сколько тебе лет, Ен?
— Мне четыре века.
Аз был пьян и счастлив – сегодня он остался жив. Для одного дня большего и пожелать было нельзя.
Моменты, когда приходилось висеть на волосок от гибели случались с ним не так уж редко, но в подобной передряге, как сегодня, довелось побывать впервые. Столкновение с грядущей смертью лицом к лицу позволило Азу в самых блеклых красках прочувствовать всю глубину отчаяния перед неизбежным. Эта встреча оставила на его душе кислый привкус неотвратимости судьбы, который он успешно заливал элем ещё более гадким на вкус.
— Я впервые подумал, что нам крышка.
Кей ухмыльнулась. Она думала о том же.
— Слушай, – Аз отставил кружку, повернулся к девушке, облокотившись на стол локтем, – насчет того, что ты сказала мне в Загоне… Прости. Я не подумал.
— Ты сделал, как считал нужным. Не попытайся ты меня спасти, я бы тоже разоралась.
Кей скосила глаза в его сторону:
— Что смешного?
Аза позабавили не её слова, а то как тщательно она пыталась делать вид, что не пьяна, хотя язык так и заплетался. Улыбаясь, он дотронулся до монетки на её плетеном браслете.
— Ответь-ка мне лучше, что с Еном? – спросила она, не убирая руки. – Что за Тень?
— Почему ты не можешь просто насладиться вечером? – Аз оторвался от её браслета и развернулся обратно к столу.
— Почему ты не можешь просто ответить на мой вопрос? Мне не нужны сплетни. Я просто хочу знать, с чем столкнулась. Почему Тень так опасна?
— Потому что на Его подавление уходит половина всех сил Ена.
— Его? Говоришь так, словно техника – это какая-то отдельная личность.
— Так и есть. Тень действует сам по себе. Больше я ничего не знаю.
Аз что-то не договаривал, но Кей была не в силах допытываться. Он и так сказал больше, чем планировал.
— Ты заслужил свою награду.
Аз опешил поначалу, но понял, что смотрит она не на него, а на кого-то за ним. Обернувшись, он увидел розовощекую девицу. Та стояла рядом с лестницей, ведущей на второй этаж к съемным комнатам, и жалась к подруге, что-то активно нашептывая ей на ухо. Аз узнал в девице ту, что делала ему перевязку руки сразу после боя.
Заметив внимание наемника, розовощекая зарделась ещё сильнее и смущенно захихикала, пряча лицо в волосах подруги.
— Она с тебя глаз с начала вечера не сводит, – сказала Кей, прислушиваясь к их перешептываниям, – всё думает, как предложить тебе “сменить повязки”.
— Да брось, Кей, я лучше…
Он обернулся обратно к столу, но её уже не оказалось рядом. Трубка и огниво тоже исчезли со стола.
Оказавшись на улице, Кей сразу закурила. Свежий воздух нисколько не отрезвлял, только хуже делал, подчеркивая контраст между кристальной ясностью ночи и её опьянением. Уже сейчас она понимала, что утром именно этот момент придет к ней первым, быстрее даже, чем тошнотворная головная боль.
— Уже уходишь?
Кей обернулась на голос и узнала в выходящем из примыкающего к таверне стойла мужчине того самого гонца – он выводил за собой коня.
— Подвезти?
Взвешивая предложение мужчины, Кей смерила его взглядом. Чего греха таить – он был красив, плечист, почти на голову выше неё и, судя по рысаку, стоящему рядом, при деньгах. Такого жениха только с торгов продавать, а ей за даром достался…
— Ищу своих, – ответила она. – Не видел тут двух богов: большого хмурого и мелкую, как заноза?
Гонец указал на дощатую тропку, что вела за таверну к укромным задворкам. Кей поблагодарила его улыбкой и, распрощавшись с перспективой хорошей ночи, свернула на дощатую тропку.