– С разными, – Милтон изрядно покраснел, но тем не менее сразу же ответил.
Френсис неодобрительно хмыкнул и опять записал что-то. Я хотел, чтобы он сам наткнулся на тот факт, что Хлоя была отнюдь не домоседкой. Ход его мыслей шёл в правильном направлении, играя мне на руку. Такая непостоянная женщина могла легко нажить себе врага в виде отвергнутого любовника. Это была бы самая первая мысль, возникшая у любого нормального полицейского.
Я понимал, что первым делом он захочет найти и опросить всех её бывших любовников, с которыми она встречалась на протяжении этого года. А это практически невозможно. Я даже почувствовал азарт. Было безумно интересно наблюдать за тем, как всё движется в нужную для меня сторону.
– Понятно. Получается, на данный момент у нас не один подозреваемый и даже не два. У тебя есть какие-нибудь догадки о том, с кем она могла неудачно расстаться? Может, ей кто-нибудь навязчиво названивал? Не замечал ничего странного?
– Нет. Я никогда не замечал ничего подобного. Она просто уходила на свидание. Пару раз встречалась, а потом расставалась с этим человеком. И его будто и не было. Она не говорила, почему рассталась с очередным мужчиной, а я и не спрашивал. Меня это просто не интересовало. Для меня было главное то, что она была счастлива, – ответил Милтон, потупив голову.
Парень понимал всю ситуацию, сложившуюся по отношению к его матери, но он не мог осуждать её. С самого своего рождения он видел её другой. Она была всё время несчастна, находясь в браке. И теперь, когда она живёт свободно и делает что хочет, он сам стал чувствовать себя счастливым. Какая разница, сколько у неё мужчин, главное, что у них в семье всё хорошо. Было хорошо.
– Ты наверняка понимаешь, Милтон, что нам необходимо будет опросить всех тех, с кем она встречалась. Это займёт немало времени. Мы объявим её бесследно пропавшей и сразу начнём поиски. Но для начала нам нужно вспомнить весь тот день, в который она пропала, чтобы понять, не было ли другой причины, послужившей её исчезновению, – сказал Френсис, многозначительно взглянув на меня, – Артур, подожди за дверью. Мне нужно поговорить с ним наедине. Сам понимаешь, мне придётся попозже допросить и тебя тоже.
– Я могу помочь в поиске этих людей, – сказал Милтон как раз в тот момент, когда я взялся за ручку двери.
Мы с Френсисом посмотрели на парня. А он, в свою очередь, в упор смотрел на следователя. С моего ракурса мне было видно, как Милтон заламывает себе пальцы на руках. Он сильно нервничал.
– Каждый раз, когда она уходила, я залазил в интернет и искал этих людей в социальных сетях. Некоторых я находил сразу, но остальные вообще не были зарегистрированы в них. Мама всё время мне рассказывала, кем они работают, поэтому я искал их на сайтах их учреждений. Кого-то я даже находил на сайтах знакомств. Так или иначе, я с помощью интернета находил их всех, – сказал он, посмотрев на меня. Говоря это, он сделал акцент на последнем предложении, – я просмотрю всю историю браузера и найду каждого, с кем она встречалась.
Я вышел из кабинета в полном смятении. Парень оказался не таким уж и глупым, как я себе его представлял. Я уселся возле кабинета Френсиса и стал ждать.
Теперь понятно, как он так быстро нашёл меня. Этого я не мог предвидеть. Таким образом, найти всех донжуанов не составит особого труда. Маловероятно, конечно, что у всех у них окажется алиби на тот день, но и обвинение никому не предъявят. Поэтому главным подозреваемым окажется тот, кто видел её последним. В конечном итоге я буду крайним. Теперь я так легко не отделаюсь. В голове снова возникла мысль о том, как было бы хорошо, если бы парень исчез.
За всеми этими мыслями я и не заметил, как ко мне подошла Лора, спросив что-то.
– Что? – растерянно переспросил я.
– Как ты себя чувствуешь? – заулыбалась она, повторив свой вопрос.
– Нормально, – буркнул я.
– Судя по твоему выражению лица, не очень-то и нормально. Это из-за того паренька? Ты его знаешь? Парнишка-то – настоящий красавчик!
– Ну да. Это сын моей давней подруги. Весь в маму.
Я намеренно преувеличил нашу дружбу с Хлоей. Хотел посмотреть на реакцию Лоры, когда она начнёт соображать, какая красивая должна быть мама Милтона. И не прогадал. Такие девушки очень ревниво относятся к тому, что при их царской особе восхваляют красоту другой женщины. Особенно, если не замечают красоту этой самой особы.
Она фальшиво улыбнулась мне. Ревность мелькала у неё в глазах. Она уже мысленно ненавидела Хлою.
– И что же этот мальчик забыл здесь? – сказала она ещё более слащавым голосом, от которого стошнило бы ванильными леденцами, если бы все чувства вдруг стали материальны.