Каси медленно досчитал до шестидесяти.
А потом толкнул дверцу шкафа ногой.
И поднял голову.
– Ты боишься, – проговорил стоявший перед шкафом человек. – Спрятаться в шкафу – это ты хорошо придумал. Запаха снаружи не осталось. Почти. – Он развел руки в стороны и с наслаждением вдохнул. – Но сейчас здесь пахнет твоим страхом, мальчик.
Каси моргнул. Мужчина был тощим, а глаза его напоминали стрелки на часах. Глаза волка. И еще он был старым. Не то чтобы он выглядел старым – Каси просто чувствовал, что мужчина перед ним очень-очень стар.
– Помо… – закричал было Каси, но мужчина выбросил вперед руку и схватил его за горло.
У Каси перехватило дыхание, и он подумал, что теперь знает, зачем пришел сюда. Он пришел сюда умереть. Как крыса.
Глава 39
Дуфф взглянул на часы, зевнул и уселся поудобнее, вытянув длинные ноги так, что они почти преградили больничный коридор. Он перехватил взгляд Кетнес.
– Ты был прав, – сказала она.
– Мы оба были правы, – ответил он.
Еще и часа не прошло с того момента, как он вернулся в стоявшую на Пятнадцатой улице машину и сообщил, что Макбет ускользнул от него. И что Макбет что-то замышляет, так как сказал, что бургомистру недолго осталось.
– Он хочет убить бургомистра, – догадался Малькольм, – и занять его место. Макбет совсем спятил.
– Как это?
– Законы Кеннета. Если бургомистр умирает или вводит чрезвычайное положение, власть переходит к комиссару полиции. Надо предупредить Тортелла.
– Святой Георгий, – вспомнила Кетнес. – Сейтон в больнице!
– Поехали, быстро! – скомандовал Дуфф, и Флинс нажал на газ.
Добравшись до больницы за двадцать минут, они остановились перед входом и услышали первый выстрел.
Дуфф закрыл глаза. Ночью он не спал, и если бы все шло по плану, то Макбет сейчас должен был бы сидеть в Файфе за решеткой.
– Вот они, – сказала Кетнес.
Дуфф открыл глаза. По коридору к ним шли Тортелл и Малькольм.
– Врачи говорят, что Ленокс будет жить, – сказал Малькольм, садясь на стул, – он в сознании, может говорить и двигать руками. Но нижнюю часть туловища парализовало – по всей видимости, навсегда. Пуля задела позвоночник.
– Застряла в позвоночнике, – поправил его Тортелл, – а иначе она прошла бы его тело насквозь и убила меня заодно.
– Там, в приемной, его семья, – сказал Малькольм. – Они его навестили, но врач сказал, что на сегодня хватит. Ему вкололи морфин, и теперь он отдыхает.
– Есть новости о Каси? – спросила Кетнес.
– До дома он еще не добрался, – ответил Тортелл, – но в городе Каси прекрасно ориентируется. Возможно, пошел к друзьям или знакомым или просто спрятался где-нибудь. За него я не беспокоюсь.
– Уверены?
Тортелл нахмурился:
– Да. Пока не беспокоюсь.
– Что будем делать? – спросил Дуфф.
– Дождемся, когда семья Ленокса уйдет, – сказал Малькольм. – Тортелл уговорил врача, и тот разрешит нам на две минуты заглянуть к нему в палату. Нам нужно официальное признание Ленокса, причем как можно быстрее, и тогда Капитоль даст разрешение на арест Макбета.
– А наших свидетельских показаний недостаточно? – спросил Дуфф.
Малькольм покачал головой:
– Никому из нас Макбет не угрожал, и никто из нас не слышал, как Макбет отдает приказ об убийстве.
– А как же шантаж? – вступила в разговор Кетнес. – Бургомистр, вы рассказывали, как играли в «Инвернессе» в блек-джек, и Макбет с Леди пытались заставить вас отказаться от выборов – предлагали вам акции «Обелиска» и угрожали возбудить против вас дело о растлении несовершеннолетних.
– В моей сфере это называется давлением, – ответил Тортелл, – и едва ли это уголовно наказуемо.
– Выходит, Макбет прав? – спросил Дуфф. – И предъявить ему нечего?
– Будем надеяться, что Ленокс нам поможет, – сказал Малькольм. – Кто из вас пойдет к нему?
– Я, – сказал Дуфф.
Малькольм задумчиво посмотрел на него.
– Ладно. Но тебя или меня кто-нибудь непременно вот-вот узнает и забьет тревогу.
– Я знаю, как Ленокс себя ведет, когда врет, – сказал Дуфф, – и ему известно, что я об этом знаю.
– И ты сможешь убедить его признаться в соучастии и тем самым…
– Да, – сказал Дуфф.
– Убедить иначе, не так, как того байкера, Дуфф.
– Шеф, это был не я. Точнее, я больше не тот человек.
– Точно?
– Точно.
Малькольм пристально посмотрел Дуффу в глаза.
– Ладно. Тортелл, Дуфф пойдет с вами, хорошо?
Дуфф поднялся, и Кетнес быстро сжала ему руку.
– Скажите, – обратился Дуфф к Тортеллу, когда они шли по коридору, – когда Макбет предъявил вам ультиматум, почему вы сразу не сказали, что Каси ваш сын?