– Отлично, – согласился Малькольм и посмотрел на предмет, который Дуфф поднял с пола. – Ух ты, а это откуда взялось?
– Осталось после резни в байкерском клубе, – сказал Рикардо. – Это какое-никакое, но все ж оружие, пусть и сабля.
– Это не просто сабля, – Дуфф ухватился за рукоятку и взмахнул саблей, – это сабля Свенона.
– Ты же не потащишь ее с собой? Она совершенно бесполезна, ею даже не напугаешь никого.
– Ошибаешься, – Дуфф провел пальцем по лезвию, – ею можно рассечь живот женщине и изуродовать лицо ребенку.
Малькольм повернулся к Рикардо:
– Сможете доставить оружие к вокзалу за час до рассвета?
– Слушаюсь.
– Спасибо. Ну, а мы попробуем пару часов поспать.
– Господин Макбет?
Макбет поднял голову с холодной груди Леди и посмотрел на дверь.
На пороге стоял Джек.
– Там к вам пришли.
– Т-т-ты впустил кого-то внутрь?
– Он пришел один, стучался и стучался, я не выдержал и открыл. И теперь он не желает уходить.
– И кто это?
– Молодой мужчина, который назвался Сивардом.
– Сивардом?
– Он говорит, во время операции в порту вы спасли ему жизнь.
– А, заложник. И ч-ч-чего ему надо?
– Хочет защищать вас. Говорит, ему позвонил Малькольм и что Малькольм собирает отряд для захвата «Инвернесса».
– Ясно. – Макбет положил голову на грудь Леди и закрыл глаза: – С-с-скажи, пусть уходит.
– Он не хочет.
Макбет вздохнул, поднялся и протянул руку:
– Дай-ка мне пистолет, который я тебе одолжил.
Они спустились в лобби, где, переминаясь с ноги на ногу, стоял молодой паренек. Еще на лестнице Макбет направил на него пистолет:
– Вон отсюда!
– Комиссар… – пробормотал парень.
– Убирайся! Малькольм прислал тебя убить меня, так что вали отсюда!
– Нет-нет, я…
– Живо! Считаю до трех! Раз…
Отступив назад, Сивард схватился за ручку двери, но дверь была заперта.
– Два!
Джек подбежал к Сиварду и отпер дверь.
– Три!
Дверь захлопнулась, и они прислушались к звуку удаляющихся шагов.
– Вы действительно считаете, что он…
– Нет, – Макбет вернул Джеку пистолет, – но он совсем зеленый, только мешаться будет.
– Вас мало, а этот Сивард не моложе Олафсона…
– Джек, ты все сделал, о чем я просил?
– Нет еще, господин Макбет, но скоро закончу.
– Как будет готово, скажи. Я пойду в игровой зал.
Макбет распахнул ведущие в казино тяжелые двери. Ночь постепенно угасала, а небо на востоке начало сереть.
Глава 42
Солнце пряталось за горами, но, словно предупреждая о своем скором прибытии, окрасило небо в розовый. Старший инспектор Ленокс подумал, что никогда прежде не бывало в этом городе рассвета прекраснее. Впрочем, возможно, он просто не обращал внимания. А может статься, виною всему был морфий, окрашивавший мир самыми яркими красками. На асфальте поблескивали разбитые бутылки и вонючие лужи блевотины, а тротурары были усеяны ковром окурков. Субботний вечер прошел весело, но сейчас на улицах не было ни души. Леноксу встретился лишь невысокий мужчина в черной морской форме и белой шапочке. Сейчас, когда решалась судьба города, его жители спали, с головой забравшись под одеяло. И все равно никогда еще город не казался Леноксу таким прекрасным.
Ленокс посмотрел на клетчатытй плед, которым Присцилла укрыла его колени. До незаметной двери, ведущей в восточный вестибюль вокзала, оставалось всего несколько метров. Ленокс заметил, что теперь коляска, в которой он сидел, катилась медленнее. Похоже, Присцилла прежде не бывала в здании вокзала.
– Не бойся, Присцилла. Они продают наркотики. Или покупают. Но больше им ничего не надо.
Посмотрев на тень, он понял, что девушка выпрямилась. Коляска покатилась быстрее.
Он попросил Присциллу забрать его из больницы еще до рассвета, когда по коридорам не сновали врачи и медсестры. И она захватила в его кабинете все, о чем он просил. Леноксу не пришлось ей ничего объяснять, она безо всяких возражений выполнила все его просьбы, хотя формально уже не подчинялась ему.
– Все в порядке, – сказала она, – вы навсегда останетесь моим начальником. А Макбет все равно не будет больше комиссаром, верно?
– Почему ты так решила?
– Он же сошел с ума, разве нет?
Они прошли мимо толкачей с сигаретами в руках и спящих наркоманов. Некоторые проснулись и машинально протянули вперед руки.
Но Присцилла решительно катила коляску и остановилась лишь у ведущей в туалет лестницы.