– Не знаю, Флинс, – ответил Банко, пытаясь сосредоточиться на дороге. И на своем дыхании. Нужно дышать, набрать воздуха в легкие и ехать вперед, чтобы спасти Флинса. Только это, и больше ничего. Для Банко ничего больше не имело значения. Даже то, что дорога перед ним начала плясать.
– Папа, значит, кто-то точно знал, что мы поедем этой дорогой. И еще там со светофором было что-то не так. Они знали, когда мы будем проезжать Висельную гору.
Банко тоже об этом думал. Но теперь это уже не имело значения. Они проехали вокзал, и теперь прямо перед ними сверкали огни «Инвернесса». Надо только доехать до входа и выпустить Флинса.
– Папа, вон они. Им до нас метров двести ехать, не меньше.
Достаточно, если только впереди не будет пробки. Жалко, что у него машина без мигалки и сирены. Банко посмотрел на «Инвернесс». Огни. Если придется совсем несладко, можно проехать напрямую через площадь Рабочих… Патруль. Сирены. Словно кость в горле. Что-то застряло у него в горле. Или заноза в мозгу.
– Флинс, ты слышал сирены?
– Что?
– Сирены. Патрульные. Там, в ювелирном, – слышал?
– Нет.
– Точно? На западе Второго округа всегда полно патрульных.
– Не было ничего.
На Банко вдруг навалились боль и темнота.
– О нет, – прошептал он, – нет, Макбет, мальчик мой…
Он сильнее сжал руль и повернул влево.
– Папа, это же другая дорога!
Банко громко засигналил, пристроился за машиной впереди и надавил на газ. Сковывающая спину боль перекинулась на грудь. Еще немного – и правая рука откажет, а значит, машину вести он не сможет. Та пуля проделала совсем крошечную дырочку в спинке сиденья, но навредила порядочно. Именно эта рана тревожила Банко больше всего.
Впереди них ничего не было. Только грузовой порт, море и мгла.
Но именно там скрывалась последняя надежда.
Макбет посмотрел на себя в зеркало над мойкой. Кровь уже не текла, но он все и так понял. Наркота разрушила слизистую, пора завязывать. Раньше было проще, его тело было более выносливым. Теперь же из носа текла кровь, а голова так кружилась, что казалось, будто она вот-вот отвалится. Тогда на кой черт он теперь закручивал банкноту и приставлял конец трубочки к дорожке, насыпанной возле раковины? Просто именно сейчас он нуждался в ней, как никогда прежде, сейчас, когда одновременно приходится терпеть присутствие развратного, жирного бургомистра и вести дела с хитроватым байкером, который, по всей видимости, нарушил уговор. Да еще и Леди… Впрочем, с ней сложностей не возникало – как раз наоборот, она была его альфой и омегой, рождением, жизнью и смертью. Его предназначением. И все же, чувствуя щемящую радость от их любви, Макбет понимал, как больно ему будет, если у него ее отнимут. Это она решала – любить его или нет. В этом была ее власть. Макбет втянул носом порошок, и наркотик тотчас же одурманил его. Он поднялся и взглянул в зеркало. Его лицо втягивалось и растягивалось. У него появились седые волосы. Красные женские губы. Лицо изуродовал огромный шрам. Под подбородком выросли новые жировые складки. Слезы навернулись Макбету на глаза и покатились по щекам. Пора прекращать это. Он знал некоторых людей, которые так часто нюхали, что потом им приходилось ставить вместо носа протез. Пора прекращать, пока еще не поздно. Нужно переходить на шприцы.
Мотоцикл Сержанта неумолимо приближался к заднему бамперу «вольво». Сержант прибавил газу, зная, что другие не угонятся за ним, хотя у него самого мотор был всего на четыреста пятьдесят кубов. На таком скользком асфальте значение имел не размер мотоцикла, а опытность и осторожность водителя. Поэтому, заметив в зеркале еще один мотоцикл, совсем рядом, Сержант сильно удивился. И еще больше поразился, когда узнал по шлему, кто сидит за рулем. Красный «Индиан Чиф» проревел так близко, что Сержант едва не напоролся на торчащий из шлема рог. Мотоцикл влез вперед, и в свете фар блеснуло на миг лезвие сабли. Откуда же он взялся? И откуда узнал? Как ему удавалось всегда появляться тогда, когда они в нем больше всего нуждались? Сержант сбавил скорость и пропустил Свенона вперед.
Банко ехал по тому же пути, по которому они гнались за советским грузовиком. Он несколько раз довольно рискованно обогнал ехавшие впереди машины, на время оторвавшись от байкеров. Конечно, Рыцари севера скоро их нагонят, но, возможно, он успеет. Шлагбаум перед туннелем был опущен, а вывеска гласила, что мост закрыт на ремонт. Банко на полной скорости въехал в шлагбаум, разнеся его в щепки. Черное нутро туннеля озарилось тусклым светом фар. Теперь Банко вел машину одной рукой, а другая превратилась в безжизненную плеть. Когда впереди забрезжил свет, сзади послышалось грозное рычанье мотоциклов.