Темная Женщина усмехнулась. — Прекрасно, — сказала она, — я ошибалась насчет тебя. Мне нечего бояться.
Замок задрожал и растаял, и Дерая очнулась снова в храме.
Схватка в призрачном замке измотала ее, и она проникла к Тамис. Старуха все еще спала, слюна ползла по ее подбородку. Дерая легонько тронула ее, но та не проснулась. Последние два десятилетия не были милосердны к старой жрице: силы ее таяли, вместе со слухом и зрением. Дерая сжала ее плечо, потрясла сильнее.
— А? Что? — пробормотала Тамис, протирая глаза.
Дерая принесла ей воды и дождалась, пока старая женщина окончательно перейдет из сна в явь. — Зачем ты растормошила меня? Мне снился первый муж. Что за мужчина! Ха! Он был словно таран!
Дерая поведала ей о замке и женщине в темном плаще. Тамис молча выслушала, а потом покачала головой. — Не знаю, кто она такая. Мы не одни в этой борьбе, Дерая. Есть и другие такие же, как мы, обладающие Даром и Зрением. Одни служат Свету, другие — Тьме. Почему тебя это беспокоит?
— Она боялась меня, но когда я ее одолела, все ее страхи исчезли. Это как-то… странно?
Тамис вздохнула и встала с постели. Рассветный свет сочился в зарешеченное окно. Она оделась в простой балахон из белой шерсти и вышла в сад, Дерая последовала за ней.
— Ты говоришь, что одолела ее. Как? — спросила Тамис. Дерая объяснила, и старуха тяжело вздохнула. — Ты попыталась ее убить и поскольку ты так поступила, это она победила тебя, потому что это не Путь Истока. А те, кто не служит Истоку, служат одному лишь Хаосу.
— Но это неправда, — запротестовала Дерая. — Я Целительница. Я не злодейка.
— Нет, ты не злодейка, — проговорила Тамис беспокойным голосом. — Я плохо готовила тебя. Я столько вещей выполнила плохо. Мое высокомерие было огромно. Кассандра пыталась остеречь меня, но я не желала слушать. Но когда-то я была мудрой, — вдруг сказала она, остановившись вдохнуть аромат распустившейся розы. — Я знала много тайн. Но всё знание пошло впустую. Мы думаем, что управляем, но на деле управляют нами. Думаем, что обладаем силой, а в действительности мы как листья в ветре. Вершим добрые дела, которые приводят к злу. Всё пустое. Всё обман.
Дерая взяла ее за руку. — Ты больна, Тамис? Я никогда не слышала, чтобы ты говорила так.
— Я не больна. Я умираю, Дерая. А ни одно из моих дел так и не завершено. Иногда я сомневаюсь, завершим ли мы когда-нибудь то, что начали. Я так устала от всего этого. Я совершала страшные поступки… страшные. Я думала, что поступаю умно. — И тогда она засмеялась с призвуком сдерживаемого хрипа, который завершился целой очередью истошного кашля. Она прочистила горло и сплюнула в розовый куст. — Взгляни на меня! Тамис Прекрасная! Уже и не верится, что мужчины когда-то желали меня.
— Что тебе снилось? — спросила Дерая.
— Снилось?
— Ты сказала, что тебе снился первый муж. Расскажи об этом.
— Я видела во сне, как здорово быть любимой, чувствовать на себе прикосновения, ласкать и быть ласкаемой. Видела всё, что потеряла — все свои ошибки и утраты.
— Покажи мне! — шепнула Дерая, положа ладони старухе на голову. Тамис расслабилась, и Дерая скользнула в ее подсознание и увидела молодую Тамис, стонущую под могучим бородатым мужчиной. Дерая не наблюдала за сценой, а воспарила высоко над ней, кружа в воздухе, высматривая… разыскивая. Наконец она увидела ее, женщину в темном плаще. Та смеялась и указывала пальцем на извивающуюся пару. Дерая перенеслась ближе. Женщина была не одна, темные фигуры окружали ее.
Дерая вернулась в прохладу рассветного сада. — Это был не сон, Тамис; то была женщина, о которой я рассказывала. Она пришла к тебе, наполнив твое сознание мороком.
— Чушь. Я бы ее заметила. Я еще сильна! — запротестовала Тамис. — Почему ты пытаешься унизить меня?
— Я не пытаюсь, — ответила Дерая. — Клянусь тебе. Мы под нападением, Тамис. Но почему именно сейчас?
— Рождение Темного близко, — прошептала Тамис. — Очень близко. Может быть, через год, и уж наверняка через два. Действительно ли она побывала у меня в голове?
— Да. Мне жаль.
— Это не важно. Все силы уходят, — Тамис вздохнула. — Я хотела бы научить тебя большему, но не могу. И однажды ты возненавидишь меня. — Слезы покатились у нее из глаз.
— Ты многому научила меня, подруга… моя дорогая подруга. Как же я могу когда-либо возненавидеть тебя?