Не сумев заснуть, Аттал поднялся и вышел из лагеря. Луна была высоко, ночной ветер был прохладен. Он поежился и посмотрел на скалистую тропу. Кентавра видно не было. Забеспокоившись, мечник стал осматривать высокие утесы в поисках малейшего признака движения.
Но не было ничего, кроме ветра, шуршащего в траве по склонам. Он быстро вернулся в круг валунов, где спали три брата. Слегка похлопал Бронта по плечу. Минотавр застонал и поднял свою массивную голову. — Что такое?
— Часовой пропал. Разбуди братьев! — прошептал Аттал. Подойдя к Александру, он поднял мальчика на плечо и направился к лесу. Едва он вышел на открытое пространство, как с севера послышались крики. Несколько пони выбежало из-за камней, но копья и стрелы тут же пронзили их. Юноша на бледном пони почти ушел от погони, но Пожиратель спикировал с ночного неба, и черный дротик вошел в шею скакуна. Чудовище слетело вниз, сбросив парня с коня. Тот встал, побежал, но тут второй дротик пронзил его тело.
Аттал пустился бегом. Александр проснулся, но не стал кричать или вопить. Его руки обвили шею Аттала, и он крепко вцепился в него.
Сзади послышался топот галопирующего коня, и Аттал обернулся, одновременно выхватывая меч. К ним бежал крупный кентавр с изогнутым луком в руках.
— Камирон! — крикнул Александр. Кентавр остановился.
— Много Македонов, — проговорил он. — Всех не убить. Кентавры мертвы.
Вложив меч в ножны, Аттал ухватился за гриву Камирона и сел верхом. — Давай к деревьям! — велел он. Камирон бросился вперед, едва не сбросив македонянина, но это их и спасло. Воины в черных плащах уже приближались к ним с юга, севера и востока. Но путь на запад, к лесу, оставался свободен. Камирон простучал копытами по открытому плато, и стрелы засвистели в воздухе рядом с ним.
Пожиратель слетел с неба, и Камирон резко осадил бег и стал на дыбы, когда дротик вонзился в землю перед ним. Наложив стрелу на лук, кентавр послал ее в воздух, попав Пожирателю в правый бок, в легкое. Крылья существа сложились, и оно рухнуло на землю.
Камирон помчался галопом к деревьям, оставляя македонов далеко позади. Они уже были в лесу, а Камирон продолжал бежать, перепрыгивая валежник и валуны, с брызгами скача по ручьям, пока не преодолел холм, который вывел их на небольшую поляну, окруженную высокими соснами. Здесь он остановился.
— Нехорошее место. Это Лес Горгона.
Аттал поднял ноги и соскочил наземь. — Здесь безопаснее, чем там, — сказал он, опуская на землю Александра. Мальчик повалился на траву, прижимая ладони к вискам.
— Ты заболел? — спросил Аттал, опустившись на колени рядом с мальчиком. Александр поднял взгляд, и мечник обнаружил, что смотрит в желтые глаза с щелевидными зрачками.
— Я в порядке, — раздался низкий голос. Аттал попятился, и Александр рассмеялся зловещим и раскатистым смехом.
— Не страшись меня, душегуб. Ты всегда служил мне верой и правдой.
Аттал не произнес ни слова. Потемневшая кожа на висках Александра сморщилась, раздалась, отшелушилась и отползла назад с его ушей, потом с шеи, открывая два бараньих рога, черные как эбеновое дерево и блестящие в лунном свете.
— Мне нравится это место, — произнес Дух Хаоса. — Оно мне подходит.
— Смерть твоим врагам, государь, — сказал Парменион, низко кланяясь.
— Ты и есть враг, — прошипел Горгон. Спартанец выпрямился и усмехнулся, глядя в блеклые глаза чудовища перед собой.
— Пожалуй, да — ибо я Человек. Но у меня есть возможность дать тебе то, чего ты желаешь всей душой.
— Ты понятия не имеешь о том, чего я желаю. Но продолжай, ибо ты забавляешь меня — так же, как твоя неминуемая смерть позабавит меня потом.
— Когда-то давно ты был воином, — тихо произнес Парменион, — порождением Титанов. Ты обладал способностью менять облик, летать или плавать под водой. Но когда отгремела Великая Война, ты был изгнан сюда и заключен в последнюю принятую тобой форму. А теперь Заклятие умирает, для всего мира. Однако ты выживешь, Горгон; и ты это знаешь. Ты проживешь еще тысячи лет здесь, в этом средоточии темной магии. Вот только в один прекрасный день и этот лес падет под топорами людей.