Одно ясно. У полководцев в их змеином улье начали подгорать пердаки после моего приказа идти на север. Что именно там происход — это только предстояло выяснить.
В покои забежал Пердикка с мечом в руках. Телохранитель увидел, что я склонился у трупа Эвмена, из груди которого торчит ксифос, опустил свой клинок и выругался сквозь зубы.
— Да простит меня мой царь! Не уследил!
— Нет, Пердикка, в том никто на меня не нападал, — я неспеша поднялся.
— Ты убил его? — нетерпеливо выпалил телохранитель.
Я покачал головой, коротко рассказал Пердикке о том, что произошло в покоях минутами ранее. Телохранитель впал в ступор, нехотя спрятал в ножны свой меч.
— Зачем он сделал это… вот дурак, — он пожал плечами. — Хотя, наверное, понимал, что если узнает Архон… ничего хорошего не выйдет, мой повелитель. А Архон узнает, вот и решил наложить на себя руки.
— Эвмен сказал, будто полководцы не знают о визите секретаря, — заверил я и вкратце пересказал разговор, состоявшийся между мной и Эвменом перед смертью грека.
Судя по тому, как вытянулось лицо Пердикки, телохранителю не понравилось услышанное. Он вновь коснулся рукояти ксифоса.
— Прикажите убрать тело, мой царь?
— Прикрой его, — распорядился я.
Пердикка постучал в дверь, через мгновение в проеме показались Лисимах и Пеусест. При виде тела парочка даже не шелохнулась. Возможно Пердикка успел предупредить своих бойцов в чате.
— Никого сюда не пускать. Оповестите начальника караула, что к покоям повелителя необходимо стянуть усиленный отряд, а сами отправляйтесь за Аристоном, жду вас здесь!
Телохранители в ответ коротко кивнули. Сам Пердикка тут же захлопнул дверь и задвинул засов.
— Ты че мутишь? — насторожился я.
Пердикка пропустил вопрос мимо ушей, аккуратно свернул труп в шкуру, на которой скончался полководец и положил тело у стены. Я отметил про себя, что появление крови в покоях Македонского стало неприятной закономерностью.
— Думаешь, Архон подослал его?
— Может быть все, что угодно, повелитель, — задумчиво ответил Пердикка.
Он подошел к кровати, в одного отволок ее к дверям, проход в покои оказался перегорожен. Запыхавшись, держа руку на рукояти ксифоса, телохранитель уселся на кровать, хотя обычно спрашивал у меня на то разрешение. Пердикка казался возбужденным.
— Ты не перепутал на моей кровати сидеть?
— Он сказал, что не является больше полководцем, верно? — уточнил телохранитель, снова пропуская мимо ушей мой вопрос.
— Сказал, что я не могу доверить ему фалангу потому что у меня ее больше нет! Эвмен командовал фалангой?
— У него был свой полк, — подтвердил телохранитель. — Приказ в пергаменте, Александр, ты приказал выступить на север?
— Ну, приказал.
— Он выполнял приказ.
— Приказ? — переспросил я, не понимая, что имеет в виду Пердикка.
— Я знаю Эвмина достаточно хорошо. Могу сказать, что он один из немногих, кто сохранил верность царю. Пожалуй, единственный из шайки, кто все еще отвечал на вопросы прямо! Но если ты говоришь, что он был пьян, боялся расправы и говорил такие слова… Он выполнял приказ! — выдохнул телохранитель.
Я не мог врубиться, что такое родил Пердикка из своего рта, никакого очевидного смысла в сказанном не наблюдалось.
— Слушай, у вас здесь любят лить в уши, ты по существу можешь сказать?
— Тебе удалось обыграть их утром и заставить собирать войска, но приказ с новым походом в северные земли… И это после десятилетнего военного похода, закончившегося неудачей в Индии, в момент готовящейся войны с арабами, после последствий слухов о смерти Македонского. Все это подорвало и без того шаткое единство в Империи, а твой приказ просто размазал это единство в лепешку!
То, что приказ выступить на север вряд ли пришелся кому-нибудь по душе — понятно. Но отдавая его, я получал прекрасную возможность убить двух зайцев одним выстрелом. Учитывая факторы, перечисленные телохранителем, становилось понятно, на кого из полководцев я мог положиться впредь, а кто начнет строить против меня козни. Действенный и эффективный метод определить среди своего окружения крысу. К тому же теперь я был твердо убежден, что моя основная задача в текущей локации заключается в продолжение пути великого македонца.
— Дальше, — попросил я, видя, что Пердикка замолчал и задумался.
— Полагаю, Архон, Антипатр и ряд других полководцев восприняли в штыки приказ и на внутреннем совете поднялся вопрос о том, насколько это решение соответствует государственным интересам. Как ты понимаешь, повелитель…
— Да жопа, — выдохнул я.
Здесь была зарыта собака. Я прекрасно понимал все сам. Выглядело так, будто царь бежит от проблем империи вместо того, чтобы решать их. Проблем становилось больше, путей решения виделось меньше. Однако единственными виновниками происходящего были полководцы, не сообщившие честному народу о воскрешении Александра. Александра, воскресшего, но связанного по рукам и ногам вытесняли с театра политических действий всеми доступными способами. Когда же я попытался что-то изменить… Впрочем, следовало дослушать Пердикку.
— Извини, перебил.
Телохранитель продолжил не сразу, за дверьми царских покоев послышался топот. Пердикка подскочил с кровати с ксифосом наголо, но быстро успокоился, когда услышал из-за двери голос начальника караула. Военные выполняли приказ, к покоям стянули усиленный караул.
— Думаю, они решили, что твой приказ идет в разрез интересам государства, — продолжил телохранитель.
— Что-то подсказывает, что такое же обвинение я бы получил, скомандуй аравийский поход или наоборот оставив без внимания вызов арабов, — улыбнулся я.
— Ты прав, даже займись ты исключительно внутренними делами, ничего не изменилось бы!
— Слушай, Пердикка, а раньше чего они не предъявили?
— У тебя остались сторонники, только поэтому они не действуют на прямую, — пояснил телохранитель. — И сейчас был их следующий шаг! Клянусь Зевсом, Эвмен пришел не просто так! Грек один из немногих поддерживал Александра и после смерти ратовал за переход престола нерожденному сыну Роксаны. Большинство давно поделили государство на куски!
— Да, знатно они обломились с моим воскрешением.
— Теперь представь, каково это возвращать то, что ты успел подержать в своих руках?
— Хреновастенько.
— Так вот я полагаю, что грек выступал против бунта, но боялся сделать это в открытую!
— Дальше, — нетерпеливо поторопил я.
— Архон и те, кто придерживается схожих с ним убеждений скинули маски! — выпалил Пердикка. — Эвмену поручили вывести царя из себя! Сделать так, чтобы Александр расправился с ним, такая была его задача! — телохранитель покосился на завернутое в шкуру тело. — Грек показал твоим соратникам, что ты убийца, тиран, не заслуживающий власти! Он развязал им руки.
— Понятно…
В голове сложилась картинка случившегося накануне. Действительно, что подумают те, кто все еще поддерживал Александра, узнай, что царь безо всякого повода рассправился с собственным секретарем. Со стороны выглядело именно так. Даже Пердикка поначалу не заподозрил, что грек — самоубийца! Эвмен умело насадился на меч. Вот же сукин сын. Но хоть хватило душку предупредить меня, что дела в заднице. Хотя бы за это скажу ему спасибо.
В дверь постучали — ровно четыре удара.
— Лисимах, — пояснил телохранитель.
Я помог ему отодвинуть от двери кровать.
В дверном проеме действительно показался Лисимах и другие телохранители, вооруженные до зубов, встревоженные. Лисимах последовал к окну, полагая, что оттуда разве что неведомым образом может прийти удар. Дверь тут же закрылась, кровать встала на свое место, вновь заблокировали проход. Пердикка как ни в чем не бывало вернулся к прерванному разговору.
— Полководцы уже не имеют права отступать. Сомневаюсь, что утром мы выдвинем на север войска, — наконец, закончил он. — Каковы будут распоряжения?
Сомневаться было отчего. Полководцы бросили вызов. Мы приняли.