Но прошло уже очень много лет, возможно, эта нитка ни к чему не приведёт, но пока Максим возлагает большие надежды на эту зацепку.
- Привет, Костян, - Аркаша подходит со спины, неожиданно. Присаживается рядом с Максом. Недолго смотрит на фотографию. - Жалко пацана, - вздыхает.
- Как думаешь, он там? - тихо говорит Максим, кивая в сторону холодного мрамора.
- Нет, думаю, он там! – Аркаша поднимает взор к хмурым небесам, немного морщась от мороси попадающей в глаза. – Но если это не так, что ты предлагаешь? Эксгумацию?
- Нет, точно нет, - Суворов не собирается рыть могилу собственного друга. - Ты чего припёрся? - угрюмо спрашивает Аркашу.
- Надоело в тачке сидеть.
Максим поднимается.
- Темнеет... поехали.
Путь до дачи не близкий и он может остаться в своей квартире, но Марго...
Его птичка заточена в клетку, она ждёт его. И как бы Максим не избегал серьезных разговоров с ней, потому что в первую очередь он не хочет её пугать, он всё равно чувствует себя виноватым. Она сейчас в клетке, из-за него. Он увлекся этой девчонкой, больше чем сам того хотел. Поступился собственным принципам: не заводить отношения, никого не впускать в свою жизнь. А теперь весь его мир крутится вокруг Маргариты. Любовь? Да, черт побери! Что это, если не любовь!? Но для Марго, его любовь может грозить смертью. И он, не переставая, напоминает себе об этом.
- Как дела у Махно? Он звонил тебе? - Аркаша паркуется возле дачи и сразу гасит фары. Машина погружается в тесные объятья ночи.
- Два дня уж никаких новостей, - Максим откидывается на спинку кресла. Вглядывается в темноту, стараясь различить хоть какое-то движение, в давно уснувшем доме. Хотя спит, наверное, только Марго. Охранники словно тень скользят по периметру, защищая его птичку. Он ни минуты не сомневается в профессионализме этих ребят, Генадич обо всем позаботился. Приставил к Марго, лучших из лучших.
- Ты думаешь Махно найдет её, твою зам? - возвращает себе внимание Суворова, Аркаша.
- Они с Сашей, довольно неплохо общались, и я, если честно, не совсем понимаю, почему она так быстро скрылась из виду. Даже ему на звонки не отвечает.
- Ты говорил ей предложили работу?
- Да. Информация подтвердилась. Она уехала в другой город. На продажу франшизы я своё согласие не давал, но она всё равно согласилась работать на какую-то левую фирму. У них там целый ворох клубов и Махно пока не может её найти.
- То есть ты считаешь, что она сбежала не потому, что причастна к твоему похищению? Тогда почему?
Суворов на секунду отворачивается, бросая взгляд в черноту ночи.
- Не лезь в это, - достаточно грубо обрубает Макс, даря Аркаше красноречивый негодующий взгляд. Есть вещи, которые он ни с кем не обсуждает. Больная любовь Александры - это тема, не требующая разглашения. К тому же эта девушка нужна ему сейчас, не потому что он ей не доверяет. Максиму нужна информация, которую он может получить лишь от неё. Но ему всё равно не понятно, почему Саша игнорирует звонки. Злится? Или вычеркнула его из жизни?
- Не злись Максим Андреич, - спокойно говорит Аркаша. Перемены настроения Суворова - привычное дело. - Я всего лишь хочу помочь. Что у нас завтра?
Макс вздыхает. Аркаша прав - он злиться. Это злость от бессилия. Вот уже неделю он никуда не продвинулся.
- Попробую связаться с Махно. Если потребуется, сам поеду на поиски Саши, - открывает дверь, выходит из машины, - будь на связи, - на прощанье говорит Аркаше.
Старый друг утвердительно кивает, а Макс не спеша бредёт к дому. Слышит, как за забором щелкает предохранитель пистолета - охрана на посту.
- Свои, - громко оповещает Суворов. Беспрепятственно проходит в дом, поднимается на второй этаж под тихий скрип старой лестницы и осторожно заглядывает в спальню. Свет из коридора проникает в комнату, немного рассеивая тьму. Марго лежит неподвижно, укрытая одеялом под подбородок. В доме чертовски холодно, несмотря на электрические обогреватели, расставленные во всех комнатах.
Макс проходит внутрь. Скидывает одежду и устраивается рядом со своей птичкой. Она словно чувствует его присутствие, будто ощущает жар его тела, раскутывается и льнёт к источнику этого жара, склоняя голову к его плечу и тихо вздыхая. Но не просыпается. Максим не хочет её будить, но руки сами тянутся к нежной коже, к хрупкому телу, даря едва уловимые объятия. Марго снова вздыхает, пристраивает голову на его груди, а рукой обвивает за талию. Тихо и размеренно дышит. Улыбается во сне. Её безмятежное лицо, словно бальзам на душу Максиму.