Слова оборвались. Хисаги, используя момент, врезал коленом в живот младшего. Хесимо согнулся, но взгляд его пылал яростью.
— Потому что ты любишь Наан, — произнёс Хисаги холодно. — И она отвечает тебе взаимностью. Если ты не уйдёшь, это принесёт ей только страдания.
Словно обнажённое лезвие, эта фраза разрезала тишину.
Хесимо выпрямился, сжав рукоять меча:
— Я не позволю императору причинить ей боль. Даже если...
— Любовь ослепила тебя. — Хисаги прервал его голосом, полным стальных нот.
— А тебя ослепил долг! — взревел Хесимо, бросаясь вперёд. — Ты закрываешь глаза на зверства императора. Думаешь, я не знаю, что творится?!
Хисаги увернулся в последний момент. Его нож оставил тонкую линию на затылке младшего — шрам, который теперь должен был напоминать о цене слов и поступков.
— Пусть этот след напоминает тебе: мы отвечаем за свои слова и решения.
Пока братья выясняли отношения, Такакаши писал письмо. Его пальцы скользили по свитку с необычной лёгкостью, словно строчки уже давно сложились в голове:
"Дорогая сестра. Когда мы встретились, я понял, чего мне не хватало все эти годы — твоего общества. Богатства и власть не приносят мне радости так, как простое общение с тобой. Я приглашаю тебя пожить в новом крыле дворца, чтобы мы могли чаще видеться."
Но истинные намерения императора были куда более тёмными.
Новый корпус возводился не ради семейной близости. Его тайны скрывались под каменными сводами: от покоев Такакаши в новый корпус вёл секретный проход. Через него император мог наблюдать и вмешиваться в жизни девушек, которых заманивали туда под разными предлогами.
Наан знала своего брата лучше всех. Она помнила, как в детстве он мучил животных, как жестоко обращался с её куклами. Эти мелочи были первыми тенями его искажённой натуры.
Однако прямой отказ был бы опасен.
Не желая раздражать брата, Наан сразу начала подготовку к переезду.
Она также послала вестника к Хесимо, сообщив ему о своём решении.
Новость поразила Хесимо.
Без раздумий он бросился в путь, решив любой ценой остановить сестру.
Но дорога оказалась преграждена.
Перед ним стояла группа людей. Их лица были скрыты масками, движения — точны и бесшумны. Это были наёмники из клана Призраки Шнидчзу, нанятые евнухом Боу Нонхаем — верным советником Такакаши, который с самого рождения заботился о нём.
Боу Нонхай редко говорил — он предпочитал язык жестов и взглядов.
Именно он настоял на строительстве нового корпуса.
Хесимо, прижимая руку к затылку, тяжело дышал. Его глаза внимательно скользили по силуэтам в масках, окружившим его.
— Кто вы? Я вас не знаю, поэтому не хочу проливать вашу кровь. Просто дайте пройти.
Ответа не последовало. Лишь короткая пауза, и фигуры сорвались с места, двигаясь синхронно, словно один человек. Хесимо едва уловил их размытые очертания.
Не теряя времени, он ускорился, стремясь проскользнуть мимо нападавших. В голове пронеслась мысль: «Почему я не сделал этого раньше? Уже был бы рядом с ней…»
Но призраки не отставали. Их силуэты искажались, они копировали его движения, отражая каждое движение с пугающей точностью. Казалось, они предугадывали его следующий шаг.
Хесимо сжал зубы. Сердце колотилось в груди. На бегу он осознал, что забыл меч. Рука сама потянулась к ножу — последнему оружию, оставшемуся при нём.
В безлюдном месте он резко развернулся. Кончики пальцев заискрились — по лезвию ножа пробежала синяя вспышка.
— Посмотрим, как вы справитесь с этим.
Словно вызов молнии, разряд сорвался с лезвия. Поток энергии с ревом рассёк воздух, ударив в одного из преследователей. Его тело, скрючившись, повалилось на землю.
Но остальные призраки ловко разошлись, избежав удара. Их ответ был мгновенным — из их рук вырвались молнии.
Хесимо понял: увернуться он не успеет. Секунда на раздумье.
«Поглотить я их тоже не смогу…»
Он развернулся, пропуская мощный заряд через себя. Боль пронзила всё тело, мышцы задрожали от напряжения. Но этот рискованный шаг сработал — молния вырвалась сквозь него, и он, скрипя зубами, метнулся вперёд.
Всё слилось в одно: короткий рывок, вспышка лезвия — и горло ближайшего врага рассекла холодная сталь.
Тело противника медленно упало. Но у Хесимо уже не осталось сил. Колени предали его, и он рухнул на землю. Тьма поглотила сознание.
Он пришёл в себя в тусклом помещении. Его руки были связаны за спиной и прикреплены к деревянному столбу. Воздух был пропитан запахом сырости и железа.
Перед ним стояли выжившие преследователи. Но взгляд Хесимо сразу упал на фигуру в середине.