К чему пытать себя постоянным воздержанием, зная, что мечтам твоим не суждено сбыться. Почему бы тогда не прибегнуть к доступному… Что это будет стоить ему?
— Хорошо, — сказал он.
Айя помогла ему снять тогу, и ее нежные прикосновения придавали некую интимность происходящему, они рухнули на груду шкур, тело прижалось к телу. Его левую руку пронзила боль, и она онемела.
— Говори мне слова любви, — прошептала она, не открыв еще свое тело. — Скажи мне, что ты чувствуешь.
О, нет!
— Я не могу, я никогда раньше не говорил о любви.
— Понятно, почему ты не произвел на нее впечатления! Разве ты не знаешь, что самой лучшей лаской для женщины являются слова любви, которые ей шепчут на ухо. Спеши, мне хочется спать.
Он попытался придумать что-нибудь соответствующее моменту, но его несколько отвлекало ее дыхание. На ощупь она была столь же пышна, как и богиня Астарта, но помоложе.
— Я не умею говорить о любви, поэтому скажу словами другого человека, они из поэмы «Вечерняя песня», которую написал…
Откуда ей знать о Сиднее Ланье, который родится через несколько тысячелетий…
Она промолчала, и он начал читать поэму:
Последние две строфы он прочитал с некоторым раздражением, в финикийском переводе была утрачена рифма и размер. Он ждал ее реакции, но ничего не последовало.
Она спала.
Утром она проснулась раньше его. Когда он вышел из спальни, она примеряла на себя наряды из богатого гардероба этого дома.
— Нет, все это не годится, — сказала она, удрученно, качая головой. — Слишком заметно.
— Заметно?
— Если я выйду в этом на улицу, каждый прохожий будет глазеть на меня.
В ее прогноз можно было поверить, она была чрезвычайно привлекательной девушкой, как ночью, так и при свете дня.
— Как я вам понравилась прошлой ночью? — спросила она с легкой иронией, правда Иво был в этом не уверен.
— Ну, пожалуй, я ожидал большего.
— То есть?
— Вы уснули.
— О, да. Так всегда случается. Поэтому мне нравится, когда меня держит мужчина.
Иво безуспешно пытался понять о чем она говорит.
— Держать вас действительно возбуждающее занятие, но я был немного разочарован.
— Это еще почему?
— Честно говоря, я думал, что мы займемся любовью.
Она повернулась к нему, на ней была пурпурная накидка, доходящая до талии и больше ничего. Какой симпатичный животик, отметил про себя Иво.
— Так вы ничего не сделали?
— Я же сказал — вы спали.
— Разумеется.
Иво сердито посмотрел на нее.
— Вы хотите сказать, что мне надо было Этим заниматься несмотря ни на что?
— Конечно, сколько угодно.
— Может, в другое время, — сказал он, сердясь то ли на себя, то ли на нее.
Они провели день чревоугодничая и отдыхая, так как было неизвестно, когда такая возможность представится им в следующий раз. Айя урывками знакомила его со своей биографией. Родилась она в царстве Урарту, по ее представлениям, Урарту было самой цивилизованней страной в мире. Так как она была дочерью торговца, вскоре ей пришлось перебраться в одно из варварских арамейских государств. Достигнув необходимого возраста, она должна была пожениться с принцем города Сидон.
— Он был человеком, которого я любила. Если Ваал не спас принца, то какой же он после этого бог?
Но она так и не увидела Сидон. Их торговый корабль был перехвачен галерой из Тира, а ее любимый погиб в схватке. Так, год спустя, она оказалась здесь в положении заложника. Ей постоянно угрожала опасность присоединиться к служителям храма в качестве ритуальной проститутки. Только наличие связей у ее богатых родителей спасало от этого, так как заложник, которого скормили Мелкату, терял свою ценность. Но правда состояла в том, что ее семья испытывала некоторые трудности и в настоящее время была совсем небогата, и как только жрецы узнают об этом, у нее уже не будет прикрытия.