— Наши соседи предали нас.
— Разумеется, все они негодяи. И теперь Лев прислал вам ультиматум, в котором требует безоговорочной капитуляции. Несомненно, вы его спровоцировали.
Адмирал и Министр беспокойно затарахтели чешуей.
— Был инцидент на границе, — признал Шеф после недолгой паузы.
— Давайте выясним, что за инцидент. Ведь у вас, фактически, нет границы со Львом. Вы используете деформаторы пространства-времени, посему нет у вас оправдания, будто вы случайно залетели к соседу, сбившись с курса. Особенно если вы сжимаете объект с планету размером и выскакиваете под самым носом у него. При наличии точной карты и деформатора пространства вся галактика у вас в соседях. Ограничения, накладываемые скоростью света, вас уже не сдерживают.
— Да это просто была разведка, — сказал Адмирал.
— Спутник две тысячи миль в диаметре в качестве разведчика? С базами и всей прочей ерундой для нескольких тысяч кораблей, каждый из которых в состоянии развалить средних размеров планету? Ваши эвфемизмы вряд ли уместны сейчас, Адмирал. И я не сомневаюсь, что вы появились на расстоянии не превышающем пять световых секунд от их главной планеты.
— Три световых секунды, — почти беззвучно прошептал Адмирал.
— И вы не утруждали себя всякими там ультиматумами, не так ли? Ма-аленький такой блицкриг. Вы предполагали проскользнуть со своим боевым планетоидом поближе к их столице, пока их корабли где-то далеко. И что же произошло?
— Они поджидали нас, — сказал Министр, — Они были прекрасно обо всем осведомлены.
— Невообразимое головотяпство, — вмешался Казначей. — Вы хоть представляете себе, сколько стоит боевой планетоид?
— Очевидно, имела место утечка информации, — сказал Шен, ему становилось уже скучно.
— Очевидно, — и Адмирал испепеляюще посмотрел на Шефа, который, не выдержав, отвел свои фасеточные глаза.
— Таким образом, Лев захватил вашу, с позволения сказать экспедицию, и баланс сил сместился теперь в его сторону. Вот и получайте ультиматум.
Все молчали.
— Я провел небольшое исследование, — прервал молчание Шен. — И выяснил, что ультиматум — это не столь уж важно.
Все удивленно застыли, глядя на него.
— Овен и Лев — это всего лишь два княжества в океане королевств, федераций, империй галактики. Если вас еще не сожрали соседи, то только потому, что вы слишком бедны, для того, чтобы игра стоила свеч. Но сейчас многие галактические сверхдержавы подошли к такому состоянию, что им экономически выгодно поглотить вас обоих, а заодно и положить конец вашим мелким пиратским набегам на дальние колонии. Вы — финикийцы и греки, и вы созрели для завоевания ваших стран Египтом или Ассирией, а может, и Александром.
Золотистые фасетки Монарха невесело смотрели на Шена.
— Не желаете ли вы нам сообщить, кого же вы представляете? Этого самого Александра?
— Я представляю самого себя. Я только констатирую факты, которые настолько очевидны, что говорят сами за себя. Ваша недальновидность погубит вас. Вы истощаете друг друга в войнах, в то время как волки внимательно смотрят на вас и ждут подходящего момента, чтобы растерзать. Самый лучший выход для вас — заключить союз со Львом, даже если для этого придется принять их условия — и тем самым хоть немного оттянуть конец вас, как державы.
Никто не проронил ни слова.
Наконец Монарх встал:
— Ваши речи кажутся нам разумными, Капитан. Положение наше неважное, но, пожалуй, еще не поздно. Мы принимаем условия.
Никто, разумеется, и не думал возражать. Сам Монарх Овна так сказал.
Через две недели корабль Шена причалил к транспортному планетоиду — спутнику с минимальной эффективной массой. Шеф заверил его, что все, хоть немного подозрительное, снято, и теперь это просто каменный шар, внутри которого только зал с оборудованием для деформации пространства, к которому ведет шахта. Оборудование было куда сложнее того, что создала колония на Тритоне — можно было обойтись гораздо меньшими массами, и датчики перемещения были гораздо чувствительнее. Все это, вместе с современными картами искривлений подпространства, превращало прыжок в рутинную процедуру.
Шен загодя изучил техническую документацию и теперь хорошо ориентировался в оборудовании деформатора.
Он был один — его выбрали в качестве парламентера, и именно он должен был передать Льву сообщение о капитуляции.
— Большая группа вызовет у них подозрение, — пояснил ему Шеф. — Но с вами, с инопланетянином, они согласятся обсудить детали, и вы вернетесь с их экспедиционным корпусом. А мы уже к тому времени будем готовы.