— А если прилетит? — попытался оправдаться Макс. — Мы-то не против, — тут он глянул на ребят. — Но вдруг синяк будет или еще чего…
— А ты за меня не решай! — отрезала Лена. — Я может синяк от снежка хочу!
Федор усмехнулся и толкнул в плечо Макса. Сам же подошел поближе и произнес:
— Ты, извини. Мы как-то не подумали.
Ленк фыркнула, еще раз осмотрела мальчишек и кивнула в сторону пекарни.
— Пошли, а то мокрые все. Простудитесь…
Компания опять перелезла через забор, устроилась вдоль стены.
— Макс, а как твой голем? — спросила Лена, когда они немного отогрелись.
— Ему душу надо, — буркнул Серега.
— И чтобы она добровольно согласилась в снеговике сидеть, — добавил Саня.
— И я понятия не имею, где взять такую душу, — вздохнул Макс.
Девочка удивленно глянула на парней, затем хмыкнула и произнесла:
— Егорку Косого можно за бутылку купить.
— Из живого душу забрать не получиться, — неуверенно произнес Макс. — Ну, чтобы он не умер.
— Так, Егорка Косой уже давно помер. Под лед нырнул за бутылку, чтобы снасти поднять, — спокойно ответила девочка. — Его призрак на тухлой заводи до сих пор бродит на закате.
Макс хлопнул глазами и покосился на мальчишек.
— А призрак сгодиться на голема? — неуверенно спросил Федор.
— Да, я как бы… наверное, — кивнул Макс. — Только надо придумать, чем ему платить. Призраки они…
— Егорка Косой алкашом был знатным. Чего тут думать? — подал голос Серега. — Бутылку самогонки надо искать.
Макс стащил шапку и почесал макушку.
— Бутылку? А где ее взять?
— Знаю тут одно место, — произнес Федор и оглянулся по сторонам, после чего шепотом добавил: — У Глашки Самовар должно быть точно.
— Это кто? — растерянно спросил Макс.
— Самогонщица одна, — буркнул Саня.
— Правда иногда травит людей, — добавил Серега.
Чернов сидел в кресле и задумчиво потягивал горячий глинтвейн, поглядывая на Кнауфа, что с деловым видом перелистывал бумаги в соседнем кресле.
— Азимут куда делся? — спросил он.
— Не поверишь — старый маразматик таскается по окрестностям и ищет себе ученика, — не отрываясь от записей произнес Кнауф. — Ей богу, я представить себе не мог, что этот старый хрыч решит взять ученика. Он ведь вообще не…
Тут Эскулап осекся и поднял взгляд на Чернова.
— Пришла мысль о том, что я более не подхожу для учителя, чем Азимут? — хмыкнул Константин.
— Вообще — да, — кивнул Кнауф, немного помолчал и добавил: — Я немного побаиваюсь за его ученика.
— В смысле?
— У тебя долг, ты дал обещание, а Азимут… Что если ученик его выбесит или ему просто надоест? — неуверенно произнес мужчина и взял чашку с глинтвейном. — Ученик — не собака. Привязать на заднем дворе не получится.
— Зная его отношение к правилам и законам, думаю он введет его в семью. А значит человек все равно будет обеспечен до конца своих дней, — пожал плечами Чернов и вздохнул. — Ты, кстати высчитал, какой коэффициент у Макса?
— Если ты про рассеивание, то ноль девяносто семь, — кивнул Эскулап. — Заклинание по факту не рассеивается. Оно мало того, что долетает до цели почти не растратив силы, так еще и летит с сумасшедшей скоростью. По факту — это заклинания первого порядка, но эффект как от взрывных вариантов второго.
— М-м-м-м… Да, но все же будем считать, что его заклинания относится к первому порядку, — задумчиво произнес Константин и более тихо спросил: — У тебя есть мысли на счет того, что будет с заклинаниями второго порядка при такой скорости?
— Если честно — нет. Но на всякий случай я бы проверял эту идею подальше от людей, — Эскулап пригубил глинтвейна, кивнул и поставил на стол, после чего снова уставился в документы.
— Что у тебя за бумаги? — спросил Чернов после пары секунд молчания.
— Так, история болезни одной дамочки…
— Интересный случай?
— Скорее нелепый, — грустно усмехнулся Кнауф. — Барышня имели личную непереносимость Гатулы серебристой. Достаточно популярный ингредиент при создании зелий от аллергии.
— Погоди, так ведь…
— Ага. Она лечила аллергию тем, на что у нее аллергия…
— Вылечила?
— Угу… — кивнул Кнауф и перелистнул страницу. — Насмерть. Отек гортани, который ее в итоге и задушил.
— Что-то типа теневой удавки Захара?
— Нет, теневая удавка сжимает, а тут… Как бы, отекает и перекрывает воздух.
— Хм… — хмыкнул Чернов и вздохнул. — Кстати, не хочешь немного поднатаскать Макса?
Кнауф оторвал взгляд от документов и удивленно глянул на Константина.
— В смысле?
— Ну, ничего сложного. Так, исцеление на колотые и рубленые раны, переломы и ожоги. Ну, может еще что-нибудь против лихорадки.