В гостиной повисла тишина. Все взгляды скрестились на Кнауфе. Тот кашлянул и произнес:
— Чисто технически, никакой опасности его телепортация не приносит. А это значит, что можно просто купировать последствия.
— Чего делать? — нахмурился Макс.
— Исправлять последствия, — пояснил целитель.
— Босиком ходить что-ли? — хмыкнул Макс. — Летом еще ладно, а вот зимой…
— Маяк на ботинок? — подал голос Азимут.
— Чтобы он каждый раз активировал обратный перенос? — хмыкнул Константин. — Такое себе решение.
— Согласен, — кивнул Эскулап. — Повторять заклинание, которое проявляется спонтанно — не лучшая идея.
— Обратная телепортация, — буркнул Макс и сунул в рот еще одну шпажку. — Эффект Рубцова. Усилие на противо усилие дает резонанс.
— Вообще-то, Рубцов имел в виду… — начал было Азимут, но осекся. Несколько секунд он молча смотрел на парня, а затем перевел взгляд на Чернова.
— Не смотри так. Я в теоретической аретфакторике профан, — буркнул он и перевел взгляд на Эскулапа.
— Надо к Мойше, — ответил тот. — Я, конечно, кое-что понимаю, но строить артефакт на основе домыслов — это не мой уровень.
— Я могу сам, — подал голос Макс. — В принципе ничего сложного.
— Два окна, — произнес учитель и глянул на своего ученика. — Один ковер и две кастрюли.
Ученик тут же потупил взгляд и неуверенно произнес:
— Но получилось ведь?
— Макс, мы с тобой об этом уже разговаривали, — недовольно проворчал Чернов. — Артефакт у тебя получился, не спорю. Но что это был за артефакт? По сути — простой бенгальский огонь с подзарядкой от солнечного света. Да, конструкция интересная, но испытывать его в доме было, мягко говоря, не безопасно.
— Так вы меня и не выпускали! — развел руками Макс. — Где мне его еще испытывать? Магичить нельзя, из дома выходить нельзя… Я все книги по артефактам прочитал!
— У тебя есть еще теория основ магии, — буркнул Чернов.
— И удаленная манипуляция поисковыми заклинаниями Захарова, — кивнул Азимут.
— И анатомию бы вам, молодой человек подтянуть, — вставил слово Эскулап.
— А с тобой, Миша, у нас будет отдельный разговор, — глянул на него Константин. — Ты взрослый мужик. Как он смог тебя уговорить участвовать в его выходках?
— В том-то и дело, что взрослый, — вздохнул Эскулап. — И карточный долг для меня не пустой звук.
Чернов недовольно закатил глаза, а слово взял Азимут.
— Ладно, в теории, можно сделать ботинок, который не будет переноситься куда попало, — проворчал он. — Надо только придумать, как сюда затащить мойшу. Вам же, как я понимаю, тащиться к нему не вариант.
— Не вариант, — кивнул Чернов. — Слишком рискованно.
— Так, денег ему дайте, — хмыкнул Макс.
— Думаешь, ему этого хватит, чтобы плестись в эту глуш? — хмыкнул Кнауф.
— Так тут дело в количестве, — пожал плечами парень. — А еще, если наплести ему, что он будет делать новый артефакт, что спасет человечество, то…
Азимут удивленно глянул на парня, затем на старых друзей и произнес:
— А ведь это может сработать…
Чернов задумчиво глянул на Макса, хмыкнул и спросил:
— Макс, а ботинок твой где?
Михаил Валерьянович тяжело вздохнул, осмотрел вывеску «Леприконово счастье» и направился ко входу.
— Почему я-то? — проворчал он и потянул ручку двери.
«Дол-жник!» — выдал мелодичный колокольчик, отчего Эскулап поежился и прошел внутрь.
— Где деньги, Миша? — спросил от стойки худощавый мужчина.
— И я рад тебя видеть, — буркнул Кнауф, подошел к стойке и выложил пухлую стопку купюр на стол.
Мойша молча достал очки из кармана, надел их, взял пачку и принялся сноровисто пересчитывать деньги. Михаил наблюдал за этим молча, сунув руки в карманы и перекатываясь с пятки на носок.
— Два рубля и тридцать пять копеек, — поднял взгляд на старого знакомого Мойша.
Эскулап молча залез в карман, вытащил трешку и положил на стол.
— За задержку, — буркнул он.
Мойша спокойно кивнул, забрал деньги и спрятал в недрах стойки, откуда достал книгу и принялся в ней что-то записывать.
— Может хотя бы поздороваешься? — спросил он, глядя на Мойшу. — Мы столько лет не виделись, а ты…
— А все еще помню, сколько ты заломил за лечение Сары, — поднял на него взгляд хозяин лавки.
— Половина от рыночной цены!
— Половина от рыночной цены для аристократов…
— Ты… Ты серьезно? — возмутился Эскулап. — А сколько вообще это должно было стоить по твоему?
— Для старых друзей и соратников по оружию могло бы быть и бесплатно, — проворчал Мойша.
— Это была подагра, Мойша! Подагра! Она могла просто перестать есть мясо каждый день! И все бы прошло само собой!