Лейтенант полез по сугробам за Черновым, протаптывая тропу. Один из солдат полез за ним, а уже за ними пошел старец и Макс, как замыкающий.
Стоило темному магу добраться до твари, он молча оглядел ее, выпустил силу и сплел несколько конструктов. Как раз в этот момент к телу добрался единственный офицер на кордоне, поэтому когда туша дернулась, а затем выпустила черное облако дыма вверх, он схватился за пистолет.
— Это… вы там это! Не того… — произнес он, вытащив оружие.
— Спокойно, — буркнул Константин и глянул на Серафима, что добрался до него.
— Что там? — кивнул старец на тушу.
— Управляющего контура нет, — спокойно произнес Чернов и выразительно глянул на старика. — У них нет хозяев.
— Это значит, что…
— Кто-то искусственно запустил заразу, — кивнул Чернов. — И этот кто-то либо очень хитрый темный, либо тот, у кого тьмы нет.
Старик пожевал губами, затем глянул на темного мага и произнес:
— Снова «или»…
Константин кивнул и перевел взгляд на ничего не понимающего лейтенанта.
— Вы… Что тут происходит? — спросил он.
— Зараза, которая в деревне, не простая, — Чернов поднял воротник и сунул руки в карманы, смотря на тварь. — Эту заразу запретили еще со времен войны с фрицами. Зараженных жечь нельзя. Их надо рубить. В идеале — ноги, руки и голову. Потом уже сжигать.
— А…
— При сжигании целого тела, активируется то, что их убило. И они превращаются в это, — пнул он сапогом остатки твари, что на глазах таяли, превращаясь в белоснежный изуродованный магией скелет. — Вашей группы зачистки, скорее всего, уже нет.
Ложкин сглотнул.
— Если я правильно помню, то твари, почуяв смерть сородича, ломануться сюда, — спокойно произнес Константин и спросил: — У тебя пулеметов много?
— Два…
— А боеприпасов?
— По коробу, ну и винтовки еще…
— Винтовками ты им только шкуру попортишь, — вздохнул Константин и глянул на Макса. Тот с волнением переводил взгляд с твари на учителя и обратно.
— Оно как там… в деревне, где чернуха была? — спросил ученик, поймав взгляд учителя. — Да?
— Нет. Оно хуже, — спокойно ответил учитель. — Там были просто голодные твари.
— А тут?
— А тут подготовленные убийцы, Макс, — Чернов вздохнул и глянул на кромку леса. — Собирай всех, лейтенант. Ночь будет тяжелой.
Глава 12
Угли в железном ящике из-под патрон отдавали жар равномерно. Двое солдат сидели на дне небольшого укрытия. Один из них постоянно вскакивал от малейшего шороха и принимался вглядываться в наступающие сумерки. Второй лениво ковырял палочкой в углях.
— Слышь, Лёха, — дернул один своего товарища за плечо. — Там что-то.
— Где?
— Вон там… За ельником.
Лёха прищурился. Ельник стоял чёрной стеной, ветки под снегом провисли до земли. Ни движения, ни тени.
— Третий раз за час, Гена, — проворчал второй номер. — Задолбал, честное слово…
— Да я точно видел.
— Ветер. Снег посыпался с ветки.
Гена замолчал, но смотреть в сторону леса не перестал. Руки он держал на винтовке, большой палец — возле предохранителя. Взгляд Алексея скользнул на руки друга. Пальцы подрагивали, выдавая волнение.
— Жрать хочу, — сказал Лёха просто чтобы что-то сказать. — У тебя сухпай остался?
— Галеты. И эта… каша консервированная.
— Гречка?
— Рисовая.
— Гадость… Лучше голодным.
Гена усмехнулся, но как-то криво. Глаза его опять метнулись к ельнику.
— Я когда в приамурье служил, — продолжил Лёха, — нас кормили такой дрянью, что эти консервы — ресторан. Помню, дали нам однажды суп… Черт его знает, что за суп. Вроде щи, но жир прям пленкой сверху лежал. Меня земляк повар предупредил, мол на суп не налегай… А наши, чего. слопали и три дня потом в сортире жили.
— Угу.
— Ты слушаешь вообще?
— Слушаю.
Тишина. Где-то далеко треснула ветка. Гена весь подобрался, ствол винтовки качнулся вверх.
— Зверь, — сказал Лёха. — Лось, может. Или кабан.
— Ты видел, какая она была?
— Кто?
— Тварь эта. Дубин в неё пуль двадцать вложил, не меньше…
— Видел, — кивнул Алексей. — Страхолюдина редкостная…
— И ты не боишься?
Лёха пожал плечами:
— Боюсь. Толку-то. Если страшно, лучше стрелять точно не станешь.
— Ну, так…
— А вообще… Дубин-то её с пулемета порешил, так?
— Ну… — кивнул Геннадий.
— Значит её можно убить. Значит стрелять надо лучше, вот и весь сказ…
Гена кивнул, но как-то неуверенно. Его взгляд опять пополз к ельнику.
— Слушай, — Лёха вытащил из-за пазухи мятую пачку. — Закурим?
— Нельзя. Свет увидят.
— Кто увидит? Совы?
— Они. Твари эти.