— А как они… Ну, так… — Ложкин хмуро глянул на разбросанные по периметру туши. — Слишком резво… Словно командир у них был.
— Есть такое… — Чернов выпрямился, хрустнув суставами. — Вчера они шли строем. Одинаковые. Как с конвейера. С утра уже толпой навалились, а потом… Вон тех видишь? Мелкие, быстрые. А вон те, здоровые, вроде как внимание отвлекают. Это искусственно запущенный механизм и у него есть основы тактики. Он учится. Правда, раньше я такого от этих тварей не ожидал… Тут что-то не так, или…
Константин подошёл к самой крупной туше, что валялась у поваленного дерева. Снова присел. Нож вспорол брюхо. Внутри, среди чёрных, пульсирующих внутренностей, блеснуло что-то бледное.
Чернов зацепил это лезвием и вытянул наружу.
Человеческая кисть. Отсеченная чуть ниже локтя.
Макс, стоявший в паре шагов, подался вперёд. Не отшатнулся. Внимательно разглядывал находку, склонив голову набок.
— Кровь свежая, — констатировал мальчишка. — Не свернулась. Убили недавно.
— Возможно, — буркнул Чернов. Он перевёл взгляд на голову твари. Приподнял её за загривок и провёл пальцем в перчатке по морде существа. Гладкая, заросшая грубой, чёрной щетиной кожа. Ни намека на челюсть. Ни зубов, ни пасти. — Или она была с самого начала, а внутренности выделяют консервирующий состав.
— Как она это сделала? — тихо спросил Макс, не сводя глаз с отрубленной конечности.
— Не знаю, — честно ответил Чернов, и в его обычно стальном голосе впервые прозвучала неподдельная растерянность. — Механизм без хозяина не охотится. Они вообще не едят. Не умеют в тактику групп и штурмов, а тут…. А существо без пасти не может сожрать руку.
Тут он глянул на Ложкина, лицо которого выражало полную решимость.
— Что начальству говорить будешь, лейтенант?
— Сжечь… — ледяным тоном произнёс тот. — Сжечь тут всё к чертовой матери, чтобы одни головешки остались… И этих, и деревню всю…
— Головой думаешь? Я тебе что сказал?
Голос Чернова прозвучал негромко, но в нём было столько злости, что солдаты сидевшие на бревне рядом вскинули головы.
Константин медленно обернулся к молодому офицеру.
— Сожжешь их за день, а через два они тебя сожрут как закуску… И не подавятся, — с каменным выражением лица произнёс он. — Тепловой удар от огня, не важно: магией, или просто напалмом зальёте, активирует остаточную магическую структуру в их тканях. Вы сожжёте пятьдесят тварей, может сотню, а получите орду голодных, разъяренных тварей, которые разорвут ваш кордон за три минуты, а потом и за остальные возьмуться. Карантин ваш будет не защитой. Он инкубатором станет для них.
Ложкин сглотнул, но не отвёл взгляд. Он видел, что перед ним не просто гражданский специалист, а человек, знающий цену подобным ошибкам.
— Слушай сюда лейтенант, — продолжил Чернов. Он выпрямился, расправил плечи и по-военному добавил: — Организуешь периметр наблюдения. Никто не стреляет, никто ничего не жжёт без моей прямой команды. Вопросы?
— Я офицер и я тут главный, а вы…
— А я майор ОРДО, — глядя в глаза произнёс Чернов.
Лейтенант растерялся, глянул на солдат, но те тоже смотрели с удивлением.
— Делай, что говорю! — надавил Константин. — Будете сидеть тут тихо, мы защиту оставим. Никуда не лезть, ни в кого не стрелять, ничего не жечь!
— Есть организовать периметр наблюдения, — произнёс Ложкин, после пары секунд раздумий. Он всё же решил переложить ответственность на другого.
Макс стоял с посохом, вжав голову в плечи, но не от страха. Он видел, как трясутся руки у матерых солдат, как бледнеет лицо офицера, когда посох не сработал во второй раз. Тогда Макс пытался выбить тварей силой обычного света, но промахивался часто. Тогда он заметил как работает учитель. Холодно, расчетливо, абсолютно без страха перед этой заразой.
Рядом раздался тихий, спокойный голос.
— Майор прав, лейтенант, — произнёс Серафим. Старик опирался на какую-то ветку, и в его глазах не было ни паники, ни суеты. — Огонь лишь накормит тьму.
Старик перевёл взгляд с военного на Чернова и едва заметно кивнул в сторону мрачной кромки леса, за которой пряталась мёртвая деревня.
— Надо идти в деревню. Там будет понятно, что происходит и откуда они берутся. И есть вероятность, что там всё ещё остались живые.
Чернов молча встретился взглядом со старцем.
Секунда, вторая… И тёмный маг кивнул.
Его взгляд скользнул на Макса.
— А я чего? — шмыгнул носом тот и утёр кулаком нос. — Я с вами!
Константин кивнул, опустил взгляд на ноги ученика и буркнул:
— Хорошо… только ботинок свой найди.
Ситуация тогда складывалась крайне странной. С одной стороны — моей власти там не было. Я не имел права приказывать Лейтенанту. И уж тем более не имел права выходить на связь с командующим этим карантином.