В комнате повисла тишина. Где-то за стеной снова кто-то выругался, и послышался звон разбитого стекла.
Игнат Павлович смотрел на Эскулапа. Смотрел долго, внимательно, изучая каждую складку на его лице, каждый жест. А потом медленно кивнул.
— Хорошо. Я согласен. Но только при одном условии.
— Каком же?
— Эта игра. Мы играем сейчас. Выиграете — получите бумаги, а выигрыш оставите тут. Проиграете — отдадите мне все, что выиграли и столько же сверху.
— А вы не перегибаете, Игнат Павлович? — прищурился Эскулап.
— Ни капли, — ответил хозяин заведения. — Вы ведь не нуждаетесь в деньгах. И не за ними пришли. Так, зачем вам они?
Эскулап на мгновение задумался, оглядел Игната и усмехнулся.
— Действительно… Что такое деньги? Деньги — пыль.
Игнат Павлович хлопнул в ладоши, и откуда-то из тени вынырнул молодой парень в черном жилете.
— Стопку фишек и новую колоду, — произнес он
Парень исчез, и через минуту на столе появилась еще одна, уже знакомая, горка фишек. Игнат Павлович уже взял в руки колоду, и пальцы его перебирали карты с почти неуловимой, отработанной до автоматизма ловкостью.
— Вы играете с колодой, которую принесли вы, — заметил Эскулап, внимательно смотря на рубашки карт. Опытный игрок уже искал взглядом на них метки. — Это… не совсем честно, не находите?
— А вы сами небось уже полвека не садитесь за стол с чужими картами, — усмехнулся Игнат Павлович. — Не надо думать про меня плохо. Эта колода чистая. Не тот уровень, чтобы заниматься такой грязью.
Эскулап хмыкнул и взял в руки свою колоду, которую достал из внутреннего кармана.
— Тогда давайте на чистоту, — он кивнул на стол, где лежала колода Игната Павловича. — Чья сдает?
Хозяин заведения задумался. Он понимал, что проигрывает. Понимал, что этот странный целитель с азартным блеском в глазах пришел сюда не просто так. Понимал, что его, Игната Павловича, опытного игрока, обыграли на его же поле. В его же заведении.
Но отступать он не собирался и закусил удила.
— Ваша сдает, — выдавил он наконец. — Ваша колода — ваша сдача. Моя сдача — моя колода. Играем по-честному.
Эскулап улыбнулся той самой сонной, ленивой улыбкой.
— Вы удивительный человек, Игнат Павлович. По-настоящему удивительный.
Он взял колоду, снял верхнюю карту, пару раз перетасовал и протянул ее противнику, предлагая сдвинуть. Игнат Павлович хмыкнул, протянул руку и сдвинул ее.
Эскулап начал тасовать с сонным выражением лица.
— Игнат Павлович, вы попросили меня сесть, когда я собирался уходить…
— Если прозвучало грубо, то извините.
— Грубо, извинения принимаются, но… — тут Эскулап подался вперед и произнес: — Еще одна такая грубость и я обещаю — вместо запахов вы будете чувствовать только дерьмо до конца дней своих. Это в моих силах.
— Рырги, — произнёс Константин сухо и негромко. — Я-то думал там заражение. Вроде чернухи…. А там Рырги…
Он помолчал, поднес кружку к губам, но так и не отпил. Поставил обратно на колено.
— Я на кордоне, когда несколько первых тварей Макс прибил, тут же проверил. Думал это «Мрак на крови» развлекается. А там…
— Управляющие контуры? — спросил Азимут, не отрывая взгляда от огня.
— Нет. Это было самым странным. Ни у одной твари не было контура, — Чернов покачал головой. — Они действовали сами по себе. Тактику, правда, использовали старую. Вроде бы даже знакомую, но как только нескольких положили… Группами ходили, по флангам били. Пытались нас обойти с тыла, когда поняли, что в лоб не пройти.
Эскулап хмыкнул, заглянул в пустую чашку и поставил на столик. Потянулся к чайнику, налил себе ещё, и только после этого спросил:
— А этот идиот, командир тамошний, он что? Не вызвал подкрепление? Не запросил магов?
— Он даже не понял, с чем столкнулся, — буркнул Константин. — Думал, обычная зачистка. Сжечь, и дело с концом.
Азимут медленно повернул голову, и в глазах его мелькнул холодный, настороженный блеск.
— Этот идиот вообще понимает, что такое «рырги»?
— Он такого названия даже не слышал, — отозвался Константин.
Азимут недовольно поджал губы, постучал пальцами по подлокотнику и спросил:
— А демон?
Чернов помолчал. Отпил наконец чаю, сморщился и тихо буркнул:
— Остыл, блин…
Тут он глянул на Эскулапа и протянул ему чашку, в которую тот тут же добавил горячего.
— Оставлять как есть не решился. Из деревни «рырги» прут. Управляющего нет, командира получается тоже нет. Кто ими руководит и главное, кто им указывает по какой тактике действовать тоже не понятно… — тут Константин пригубил чаю, вздохнул и произнес: — Решили устроить небольшую проверку боем. Думал обойдется…